– Ну и где же твой великан? – осведомился Балиан, стараясь не выдать легкую дрожь в голосе.

– Он живет там, дальше, - Берк махнул рукой в сторону самого гадкого и темного угла в пещере, который, должно быть, вел в следующий зал.

– Мме! – протестующее заявила овца.

Стиснув зубы, Гвиана отправилась следом за этими безумцами. Она была готова умереть ради восстания Тьмы. Во имя свержения светлого короля. Для того чтобы разнести это дурацкое королевство по камешку! Но уж точно не потому, что одному дурню втемяшилось «спасать» великана!

– Я вас, пожалуй, здесь подожду! – озвучил ее мысль Фрат.

Старый Аблог недоуменно посмотрел на мага. Тот рассмеялся.

– Да шучу я! Можно подумать, кто-то из вас откажется от возможности хотя бы одним глазком взглянуть на великана!

«Я бы отказалась!» - честно признала про себя Гвиана. Изобразив воодушевление, она бодро зашагала следом за Гэлредом, который им просто лучился.

– Видимо, умирать тебе понравилось, Господин! – не удержавшись, съязвила магиня.

– Нет. Но за четыреста лет в склепе я понял, до чего мне нравится жить! – усмехнулся Темный Властелин. – Например, лазать по пещерам и искать великанов! Невероятно захватывающе!

– Главное, чтобы он нас не захватил! – проворчал Аблог, на всякий случай, стукнув посохом по полу пещеры.

Раздался низкий и глухой звук, который подхватило эхо. К счастью, он был не достаточно громким, чтобы начался обвал.

– Что? Явившись в гости, принято стучаться! Разве нет? – ухмыльнулся маг.

Ничего не ответив на это, Берк заспешил вперед. Должно быть, он раздумывал, не зря ли притащил сюда всю их безумную компанию со своим великим родичем во главе. Как и опасалась Гвиана, едва юноша скрылся в следующем зале пещеры, оттуда донеслись тягучие громкие звуки, от которых кровь стыла в жилах. Речь. Вопреки всем ее надеждам, великан оказался дома.

– И это твой великан?! – поразилась Гвиана.

Звур оказался зеленокожим существом примерно в два с половиной метра ростом. С большой лысой головой, заостренными ушами и пронзительным взглядом желтых горящих в темноте глаз. А еще у него были клыки, выступавшие из нижней челюсти.

– Гм… Берк, боюсь у меня для тебя плохие новости, - задумчиво сообщил Темный Владыка. – Это не великан. Похоже, это грихольм, только очень крупный.

– А в чем разница? – наивно спросил Берк.

– Когда-то они бились на моей стороне, - сообщил Гэлред. – Считаются порождениями самой Тьмы. Отличаются диким нравом и любовью к человеческой плоти.

– В смысле?! – позеленел в тон своего приятеля, явно обрадовавшегося его появлению, но насторожившегося по поводу остальных Берк.

– Людоеды они, - хладнокровно пояснил Денор.

– Еще один! – закатил глаза Аблог. – Мало нам было дракона!

– Фэйтон не хотел.., - заступился за лучшего друга своей возлюбленной Фрат.

Гвиана прервала его жестом руки.

– Думаю, ты очень многого не знаешь о своем друге! – сурово сказала магиня.

Берк моментально оказался между недоуменно оглядывавшим их разношерстную компанию существом и остальными. Выставил перед собой руки.

– Даже не думайте! – рявкнул он. – Звур – хороший!

– Где-то мы это уже слышали! – поморщилась Гвиана, разглядывая голый мускулистый торс существа.

На бедрах у грихольма красовалось нечто вроде юбки, сплетенной из чего-то растительного. Он открыл рот и проворчал что-то. Гвиане с трудом удалось уловить несколько букв. «Пр…ст…вую!» Магиня вытаращила глаза.

– Он знает наш язык?!

– Звур умный. Для великана, - отрезал Берк. – Мне плевать грихольм он, или кто! Вы его не тронете!

Гвиана покосилась на их Господина. Гэлред как ни в чем ни бывало, оставил остальных препираться, а сам бродил по пещере, пиная изредка камни. Лишь минуту спустя магиня сообразила, что Темный Властелин очень пристально смотрит себе под ноги. «Он хочет понять, есть ли здесь остатки человеческих костей!» - поняла Гвиана.

– Ладно. На вот! Передай своему другу, что это для него! – распорядился Денор, сунув в руки Берка веревку, за которую привел в пещеру упиравшуюся овцу.

– Это тебе! – жизнерадостно перевел Берк, обернувшись к «великану».

Звур подошел к овце и с интересом на нее посмотрел. Потом вопросительно взглянул на Берка и взял в руки веревку. Покрутил ее. Затем грихольм издал явно счастливый звук, напоминавший одновременно хмыканье и хрюканье. Он принялся отвязывать веревку с шеи овцы и вскоре уже любовался своим сокровищем, любовно сооружая на конце веревки лассо. Грихольм накинул его на ближайший крупный камень, лежавший на полу пещеры, и счастливо улыбнулся, оскалив неровные зубы вместе с выступавшими из нижней челюсти клыками. Денор на всякий случай перегородил путь надумавшей удрать овце.