— Погодь, — задумался я. — Это же Восьмое марта будет, после-послезавтра!

— Все распланированно! — Отмел он всяческие возражения. — Сразу после пещеры заедем в цветочный магазин, у меня там подвязки и взаимовыгодное сотрудничество, со скидкой закупимся цветами и уже до шести вечера дома будешь, порадуешь свою Натаху свежим цветущим видом и вниманием! Ну и отдохнет от тебя пару дней, больше ценить будет! Сюрприз ей устроишь!

— Так, погоди, — сдаваясь под напором Марата, я всё ещё продолжал выискивать отговорки. В пещере мы ещё не ночевали, так что из зоны комфорта выходить не очень хотелось. — а кто ещё едет?

— Странник и Князь, кто же ещё? — Даже удивился Марат. — Они как раз после вахты отдыхают, вот и развеются на природе.

— Так вы же пить опять будете… — Предпринял последнюю попытку избежать экстремального отдыха.

— А ты чего, в этот раз хочешь попробовать себя в роли независимого и беспристрастного наблюдателя?! — Неподдельно изумился Робертович. — Ты там действительно в депрессии что-ли?! Спальник обязательно возьми и пенку, давай, рад был услышать!

В пятницу, седьмого марта, в канун международного женского дня, отдуваясь и скидывая с плеч ещё в подъезде огромный рюкзак — ввалилсяя в холостяцкую берлогу Марата, принюхиваясь и ворча:

— На улице под тридцатник, с наступающей весной, камрады! А чем это пахнет, это то, о чем я мечтал всю дорогу?!

— Ага, — встретил меня Странник, верный соратник Марата по всяческим походам и вдобавок, фанат дикой природы и её покорения, особенно на внедорожниках. Куда он нас только не завозил на своем, переделанном до неузнаваемости «УАЗике». — Робертович глинтвейн варит перед дорогой, Князь дегустирует уже вовсю и агитирует весной к себе в поместье, обещает шашлыки и незабываемые впечатления… А что до мороза за бортом, не катай, в пещере всегда стабильная температура, не зависящая от происходящего на поверхности. Главное, что чуть выше ноля!

— Знаем мы его культурную программу, — усмехнулся я, разоблачаясь в прихожей. — опять картошку сажать дружно в его вотчине на Зюраткуле! Там же климат такой, что дай бог столько же собирает, сколько зарываем по весне!

— Гриня! — В прихожую заглянул и сам Князь, причем с самой большой кружкой, имеющейся в доме. — Зато потом баня прямо на берегу речки и пострелять сходим в лес, давно своё ружье расчехлял? Ты его взял с собой поди, да? Робертовичу не говори, он уже мне все мозги выел, что я свою «Сайгу» взял. Не понимает, что зомбиапокалипсис и гражданская война могут начаться в любой момент! А на огороде главное не результат, а процесс!

Сам Марат Робертович шаманил на кухне, возле огромной, литров на шесть — кастрюли.

— Григорий! — Поприветствовал он, не переставая колдовать. — Термос доставай! Сейчас первый замес на пробу варим и дегустируем, второй по разливаем по термосам и в двенадцать выдвигаемся!

Таксист, высадивший нас в долине возле незамерзающего ручейка, и по всей видимости: входа в пещеру, чернеющего на крутом склоне горы в метрах сорока выше — кажется, даже перекрестился и вздохнул с облегчением, даже не пересчитав наличность, которой с ним расплатился Марат.

— Удачи, мужики, завтра ровно в час дня на этом же самом месте! — Бросил он в окно и дал по газам.

А мы, разобрав рюкзаки — ринулись штурмовать подъем к пещере, уже не обращая внимания ни на ощутимо пощипывающий щёки мороз, ни на крутизну тропы.

— Так то по уму, — на полпути стал размышлять вслух Марат. — перед таким мероприятием всех участников страховать надо. Но это пока пробный шар, я сам тут первый раз, хочу маршрут и условия лично оценить, если всё устроит — включу его в ассортимент услуг фирмы. А вы же друзья всё-таки, да парни, не клиенты, чего вас страховать, верно мыслю?

— Верно, верно! — Отозвался Князь, который неумолимо и верно пер впереди всех. — Давайте быстрей, чего вы там возитесь?!

У входа в пещеру оказалось, что моток веревки, прицепленный к рюкзаку Робертовича — отнюдь не для декора был прицеплен. В саму пещеру пришлось спускаться по ней, причем налегке — лаз оказался достаточно узким, так что рюкзаки спустил нам уже Странник, затем спустившийся сам.

— Главное, чтоб из деревенских никто веревку не отвязал или не перерезал за ночь. — Мудро заметил Странник, подергав за свисающий сверху шнур, убеждаясь, что с ним всё в порядке.

— Скажете тоже, — несколько нервно усмехнулся Марат, тоже подергав веревку. — это слишком уж дурацкая шутка!

— Да нормальный прикол, чо вы! — Князь тоже не преминул удостовериться в надежности оставляемой веревки, остающейся единственной ниточкой, связывающей нас с внешним миром. — Я бы такую возможность не упустил над городскими туристами поглумиться, мы в детстве и не так шутили, скажи Кобчик!

— Всякое бывало, — подтвердил я, смущаясь. — сейчас то ведь не малолетние дебилы уже. Веди, Робертович, в чертоги подземные!