Так какого черта они обвиняют меня в их убийстве? Не я это затеял. Не я на них напал. И убив их, был всецело в своем праве.

— Заткнись и проваливай! — нависая надо мной, приказал верзила.

И если бы он этим ограничился, скорее всего, я бы все же ушел, но он решил, что сказанного мало, и добавил:

— И если еще раз обзовешь моего друга Геми трусом, то я…

— То что? — я было уже собрался уйти, но услышав эту его фразу, мгновенно развернулся и уставился оппоненту в глаза, — пырнешь меня, как Геми, в спину ножом?

— Что ты сказал?!

— Скажи мне, кто твой друг, и я скажу тебе кто ты, — усмехнувшись, процитировал я всем известное выражение.

Этого верзила уже стерпеть не мог — он махнул рукой, пытаясь достать меня.

Будь я менее проворным или не ожидай нападения, скорее всего, на этом драка бы и закончилась — я нисколько не сомневался, что этот здоровяк способен вырубить противника с одного удара.

Но я знал, что случится, и был к этому готов.

А потом просто присел, пропустив руку противника над собой, а затем нанес несколько сильных ударов в торс, по болевым точкам.

То ли я был слишком удачливым, то ли учителя у меня были прекрасные — как бы там ни было, а дыхалку противнику я моментально сбил, и теперь все, что оставалось, — закончить.

Противник все же (надо отдать ему должное), несмотря на боль, попытался вновь ударить и снова промазал.

А я провернул серию встречных ударов, ловко поднырнул под его руку, заломил ее и, взяв на болевой, повалил на землю.

Далее осталось поверженного противника лишь добить, но я этого делать не стал, а отпустил его и вскочил на ноги.

Верзила, пытаясь прожечь меня взглядом, баюкая травмированную руку, тоже поднялся.

— Может, хватит? — спросил я. — Ты — не Геми. С тобой я хотел просто поговорить и предложить место в кулаке. Но раз ты не хочешь…

— Мы с тобой не закончили, — прорычал верзила, но все же не бросился на меня.

— Геми, Злыдень и Рикки пытались убить меня, — заявил я, — причем подло, без предупреждения, когда я этого не ожидал. У них не получилось. Так почему ты обвиняешь меня в случившемся? Не я напал на них.

— Ты их спровоцировал!

— Чем?

— Своим поганым языком!

— Дружище, — усмехнулся я, — даже сейчас, с тобой, вовсе не я начал. Напомню, это ты сказал, что я могу выстрелить в спину…

Здоровяк молча сверлил меня взглядом. Сказать ему было нечего, ведь я был прав.

В драку он лезть тоже не спешил. Все же мозгов ему на это хватало и после прошлой попытки он понял, что я не так прост.

— Никто в твоем кулаке служить не будет, — заявил он, — уходи!

Ну что же, уже хорошо.

— Как скажешь, — пожал я плечами, развернулся и пошел прочь.

* * *

С другими воителями до драки не дошло, однако разговор тоже не задавался. Говорили со мной сквозь зубы, неохотно. Кто-то и вовсе с презрением или даже брезгливостью.

И это меня доводило до белого каления. Все понимаю, но…черт подери! Почему они считают в случившемся виноватым меня? Потому что выжил? А если бы выжил, например, Злыдень? Очень сомневаюсь, что с ним бы говорили так же, как со мной.

Когда я совсем отчаялся, словно из ниоткуда вновь появился Артус.

— Как успехи? — спросил он.

— Сам как думаешь? — буркнул я.

— Значит, не задалось. Желающих вообще нет?

— Ни одного.

— Что ж, я так и знал.

— Это радует, но ума не приложу, что нам делать, — проворчал я, — через неделю у нас должен быть полный мех-кулак, но как его собрать? Где мне искать воителей?

— Ну, точно не среди «Падших», — хмыкнул Артус и направился прочь.

— Просто офигенно! — вздохнул я, глядя ему вслед. — Предложить кому-то из регуляров добровольно стать одним из нас?

Конечно, вопрос я этот задал в никуда и был он чисто риторическим — соваться с таким предложением к регулярам было как минимум глупо. Кто в здравом уме согласится на это?

Ну и где мне воителей искать?

Я осмотрелся, словно бы надеялся взглядом найти тех, кто горит желанием вступить в мой отряд, и…нашел их!

* * *

Строй понурых, апатичных людей не вселял оптимизма, но я все же не собирался отступать.

Когда конвоиры их остановили и заставили повернуться, я прочистил горло и начал свою речь: