– Люк?
– тихо спрашиваю я, поднимая на него глаза.
– Я сплю?

– Я часто тебе снюсь, Танна?
– Он усмехается, и я снова пытаюсь пошевелиться.
– Черт, тебе действительно нужно прекратить попытки встать с этой кровати, иначе ты навредишь себе, - говорит он, его тон теперь немного тверже.

Я останавливаюсь, изо всех сил вжимаясь в матрас.

– Прости… Я… Почему ты здесь, Люк?

– Лучше давай обсудим, почему ты не позвонила мне в первый раз, когда с тобой это случилось, Танна?
– Он кажется взбешенным, и я пытаюсь высвободить свою руку из его, но, кажется, он только крепче сжимает ее.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь. Это был несчастный случай.
– Я отказываюсь встречаться с ним взглядом, предпочитая вместо этого смотреть в окно.
– Тебе не нужно было приезжать. Если бы хотела, чтобы ты был здесь, я бы тебе позвонила.
– Я знаю, что веду себя как стерва, но мне нужно, чтобы он ушел. Я не могу допустить, чтобы он оставался здесь. Я не хочу, чтобы он видел меня такой.

– Мне все равно, хочешь ты, чтобы я был здесь или нет. Я не уеду без тебя.

Я все еще не смотрю на него. Может, если я буду игнорировать его, он оставит меня. А что, если Эндрю все-таки зайдет? Что, если он увидит Люка? Если это случится, то для меня все станет только хуже. Люк этого не понимает. Никто не понимает. Мое сердце начинает биться быстрее, и аппарат начинает так же истерично пищать.

– Танна, что происходит?
– спрашивает Люк.

– Тебе нельзя здесь находиться.
– На этот раз я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него.
– Я не могу… Ты должен уйти.

– Кто сделал это с тобой, Монтана? Ты хочешь, чтобы я ушел? Хорошо, я уйду. Но сначала мне нужно узнать имя.

Дверь открывается, и входит миссис Джеймсон.

– Монтана, как ты себя чувствуешь?

– Мне не нужны посетители.
– Я умоляюще смотрю на нее. Кто-то должен меня послушать. Должен услышать то, что я пытаюсь им сказать.

– О, ну, эм… - Она переводит взгляд с меня на своего сына.

– Все в порядке, мам. Я разберусь с этим, - говорит ей Люк, поднимаясь с маленького больничного стула.
– Я собираюсь поговорить с одним из врачей о твоей выписке. Потом я увезу тебя в Ванкувер.

– Почему?
– спрашиваю я, вместо того, чтобы настаивать на том, что я не поеду с ним.

Я не могу поехать в Ванкувер. Я действительно не могу.

– Потому что Шон надрал бы мне задницу, если бы узнал, что я позволил этому случиться с тобой, - говорит Люк, лишая меня дыхания. Он здесь из-за преданности моему брату. Это не имеет никакого отношения ко мне.

– Шон мертв, Люк. Он не вернется, и если бы ему было не все равно, что со мной будет, он бы не умер, - выдавливаю я из себя. Я злюсь. На всех. Включая моего мертвого брата.

– Шон, блядь, любил тебя больше всего на свете, Монтана. Никогда не смей думать или говорить иначе. Особенно сегодня.
– Люк разворачивается и выбегает из палаты.

– Мне очень жаль, - шепчет миссис Джеймсон, глядя, как захлопывается дверь.
– У него добрые намерения. Он просто… Сегодня у него тяжелый день.

Да, для меня это тоже не пикник.

– Я знаю, - говорю, оставляя свои мысли при себе.

Сегодня годовщина смерти моего брата. День, когда он оставил меня. Иногда я думаю, что, возможно, эгоизм просто в нашей крови.

– Позволь ему помочь тебе, Монтана.

– Я… это был несчастный случай. Мне не нужна помощь, - настаиваю я. Потому что если я скажу это достаточно много раз, это может показаться правдой.

– Хорошо. Но может… поезжай с ним, по крайней мере, пока не выздоровеешь.
– Она улыбается и по-матерински похлопывает меня по ноге.

Я могу сделать это. Никто не узнает. Потом я уеду. Все вернется на круги своя. Эндрю не будет искать меня несколько недель. Он никогда этого не делает. После того как у нас происходит… инцидент, он исчезает, а потом появляется снова, как будто ничего не случилось.

Я могу провести несколько недель в Ванкувере. Пусть Люк избавится от навязчивой идеи помочь мне ради моего брата, а потом я вернусь домой. Никто не узнает. Особенно Эндрю.

Люк входит в дверь с пластиковым пакетом в руках.

– Я купил тебе одежду в больничном магазине. Ничего особенного, но это гораздо лучше, чем выходить отсюда в халате.

Я смотрю на него широко раскрытыми глазами. Я не знаю, что сказать.

– Спасибо.

– Я поговорил с доктором. Ты поедешь со мной, Танна. Я найду кого-то, кто сможет навещать тебя и осматривать. Но местный доктор говорит, что с тобой все будет хорошо.
– Люк делает паузу, опустив пакет на край кровати.
– Хочешь, я помогу тебе одеться?

Если бы мое лицо не было таким черно-синим, и мне не нужно его видеть, чтобы знать, что это именно так, я бы ужаснулась тому, как покраснели мои щеки.