— И просторной кухней, — добавила девушка. — Потому что когда мы готовим вместе, то из-за тебя, каланчи, я все время боюсь, что упадет люстра или ты врежешься в настенный кабинет с крупами.

— Я всего раз их просыпал! — возмутился Арди.

— На моей памяти, как минимум трижды, — засмеялась Тесс и, спустя мгновение, добавила. — И еще спальня… с крепкой кроватью.

Сперва пунцовым блеском покрылись щеки Тесс, а затем и Ардана. Кровать они действительно сломали. Но только потому, что та изначально была собрана не ахти — Тесс приобрела её по большой скидке напрямую из столярной мастерской. И, судя по креплениям, не усиленным пластинами, только на одних саморезах, кровать сделали вне смены подручные из остатков материалов, а затем продали.

Ситуация, конечно, менее комичной и пикантной от этого не становилась.

— И прихожей, — мечтательно протянул Арди. — Только я сам её соберу. А то вечно то крючков не хватает, то штанга для вешалок отваливается, то полки для обуви недостаточно глубокие и…

Она не сильно, едва-едва ощутимо, пихнула его локтем в бок.

— И может ты немного себя побережешь, Арди-волшебник?

Мимо пробежали смеющиеся дети, держащие в руках хрустящие купюры эксов. Видимо родители отправили за покупками в ближайшую продовольственную лавку.

Тесс переводила их мягкой улыбкой и задумчивым взглядом.

Арди вспомнил слова своей матери.

— И детская, — тихо-тихо, прошептала девушка. — Пусть там будет светлая детская. На будущее.

Ардан почувствовал, как его предплечье сжали сильнее, чем прежде.

— Тесс, я…

— Я знаю, Арди, что из-за того, что в тебе половина крови матабар, то у нас могут возникнуть с этим проблемы, — Тесс отвернулась от детей и спрятала взгляд где-то среди последних этажей соседних домов. — Но есть же пары, у которых все получается, правильно? Я смотрела соответствующие журналы… говорят сейчас репродуктивная медицина смешанных браков сильно шагнула вперед.

Да, действительно шагнула. Но только касательно тех Первородных, что хоть немного были изучены Звездной наукой. Чего точно не скажешь о Матабар.

С другой стороны, у Гектора и Шайи вообще никаких проблем не возникло. Может по этой причине Арди ничего и не ответил. Только тоже, ненадолго, обернулся на смеющихся детей.

Светлая детская?

Было бы, наверное, неплохо…

* * *

Арди смотрел на то, как отдалялся перрон Шамтура. Родственники Тесс провожали свою драгоценную рыжеволосую красавицу и махали руками и платками. На их «шахматных» лицах светились улыбки, полные счастья и легкой грусти от неминуемого расставания.

С герцогом Эркеровским и его дочерью Ардан с Тесс больше ни разу не пересеклись, что, в целом, ожидаемо. С Рейшем и старшими братьями девушки тоже — те были слишком заняты диверсантами.

Да и вообще Арди, практически, не пообщался с семьей своей невесты. Он, скорее, старался не мешать самой Тесс и дать той возможности вдоволь надышаться атмосферой родительского дома и всласть нахохотаться с сестрами и на обниматься с братьями.

Сейчас же, возвращаясь обратно в столицу, они вновь нашли свой приют в вагоне первого класса, пропахшего эксами и дорогущими духами.

Пока Тесс прощалась с родственниками, как и сам Арди прежде — едва не прижимаясь носом к оконному стеклу, юноша прощался со странным городом.

За прошедшие дни он не успел понять, чем именно ему запомнился Шамтур, но в том, что действительно « запомнился» сомнений не возникало. Странное место, обитающее по соседству с незатихающей войной, но дышащее свободой и наслаждающееся пусть и иллюзорным, но миром.

Они вновь миновали бесконечные линии окопов, укреплений, дозорных вышек, артиллерийских валов и всего того, чего Ардан предпочел бы не видеть и о чем не хотел бы знать. Он никогда не принадлежал числу тех мальчишек, которые любили обсуждать солдат, сабли и все то, с чем ассоциировались подобные предметы.

Война и сражения не интересовали Арди.

И он искренне хотел бы, чтобы данное чувство до конца его дней оставалось взаимным.

Тесс отошла за деревянную шторку, чтобы переодеться. Она не хотела испортить платье, сшитое ей Шайей, так что хотела надеть что-то менее, как она выражалась, «милое её сердцу».

Арди, наблюдая за тем, как в просветы между панелями шторки проглядывались очертания фигуры его невесты, поднялся на ноги. Поезд уже отъехал на почтительное расстояние; дверь очень кстати запиралась изнутри; а за прошедшую неделю каждый раз, когда он обнимал Тесс, то между ними оказывалось несколько слоев их одежды. И, судя по тому, как замерла девушка, прикрытая лишь тонкой шелковой тканью нательной рубашки, она была только…

В дверь постучали.

Ардан резко повернулся ко входу. Еще слишком рано, чтобы к ним заявился проводник с предложением отужинать.

— Надеюсь не мешаю вам, — прозвучал знакомый, шуршащий, хриплый голос.

— Мешаете, — без особой надежды ответил Арди. — Я в отпуске.

— Знаю, капрал. Но нам нужны ваши знания и умения касательно Взгляда Ведьмы.

Арди повернулся к шторке чтобы извиниться, но Тесс уже оделась и вышла наружу. Она мягко улыбнулась жениху, легонько прикоснулась к его щеке, клюнула в губы и кивнула. Без всяких слов, одним только взглядом, Тесс произнесла: