— Понимаю, — ответил Ардан.

Он действительно понимал. Потому что и сам, с предельно четкой ясностью, лишенной всякого самообмана и иллюзий, осознавал, что уже больше не сможет полюбить никого так, как он любил Тесс. И вряд ли кто-то другой сможет его полюбить так, как она.

Спящие Духи.

Кажется он, все же, заговорил словами рассказчиков в историях прадедушка.

— И чтобы ты знал, Арди, даже когда все, что я могла слышать это выстрелы, то я ни доли мгновения не переживала за свою жизнь. Я знала, что чтобы не произошло, ты сможешь меня сберечь, — она протянула ладонь, провела по щеке и развернула его лицо к себе, вновь заглянув глубоко в глаза. — Потому что, может, я иногда и шучу, что лесные друзья воспитали тебя мягким, теплым и порой чересчур учтивым, но я видела твои и клыки и когти, Арди, когда вы спорили с Аркаром после того, что произошло на Бальеро.

— Прости… я не хотел, чтобы ты видела меня таким.

Тесс улыбнулась. Хитро и безжалостно. Как может улыбаться только женщина.

— Я вижу тебя таким каждый раз, когда мы занимаемся любовью, дорогой, — сказала она без тени стеснения, из-за чего Арди показалось, что у него покраснели даже уши. — Или ты думаешь, что твои когти, клыки и глаза в этом процессе выглядят как-то иначе?

— Тесс! — в мольбе воскликнул Арди, не знающий, сможет ли он выдержать еще хотя бы одно слово на эту тему.

Тесс, которую, все же, выдали слегка покрасневшие мочки ушей, победоносно и радостно засмеялась.

— И, тем более, все это походило на то, что они пришли убить именно Бориса, — напомнила Тесс. — Насколько я помню, стреляли именно в него. А тебя только ранили и привезли ту тварь, которая на тебя так повлияла.

— Пасть, — объяснил Арди. — Её крик слышен только Первородным и их ближайшим потомкам. На других он никак не влияет.

— Ну вот тем более, — кивнула девушка. — Тебя только ранили в плечо, а вот Борис оказался едва ли не живой мишенью.

Ардан задумался. В словах Тесс нельзя было не заметить здравого зерна. Его ведь действительно только ранили в плечо, да и Пасть держали в клетке. Хотя, учитывая близость к Ньюве, могли бы и выпустить. В инстинктах таких Химер значится крайняя степень агрессии и стремления убить любого Первородного. Учитывая почти немощное состояние, Пасти ничего не стоило бы утянуть Арди в реку и там прикончить.

Но нападающие этого не сделали.

Вместо этого они пытались застрелить Фахтова.

Можно было бы списать на ошибку. Что военным заказали убийство мага, а они лишь перепутали его с Борисом, но Арди уже однажды обманулся подобной догадкой. Тогда, год назад, в поезде, когда он счел, что его с Борисом спутали. Все на это указывало. Грабители в поезде искали мага и были осведомлены о составе группы Плащей.

Обмануться было предельно легко.

Как, собственно, предельно легко было обмануться в любом ином маневре Кукловодов, в котором те использовали шахматный принцип разменов и вилок. Куда бы не ударили Кукловоды, каждое, в самом прямом смысле — каждое их действие всегда имело несколько выгодных для них последствий, а в любом из событий прятались ниточки к другим.

О чем это говорило?

О том, что нападение посреди белого дня, так глупо пытаясь выдать опытных военных за бандитов Святого Эорда, слишком необдуманный и слишком опасный шаг.

Потому что Кукловоды должны понимать, что при таких обстоятельствах вторая канцелярия со всей яростью обрушится на Святого Эорда. И, в результате, узнает, что тот, как говорит Аркар, « не при делах» и тогда уже сама Шестерка Банд, не из чувства солидарности, а из страха перед Плащами сделают все, что только смогут, лишь бы найти наглецов, выдавших себя за одного из них.

Слишком опасный маневр для прячущихся в тенях Кукловодах. И слишком мало выгоды.

Тесс, возможно, была права.

Возможно дело действительно только в Борисе Фахтове.

Но кому понадобилось так глупо и кроваво избавляться от Лорда и сына командующего южным флотом?

— Но все это ты сможешь обсудить с Миларом, — закончила Тесс, прервав секундный поток мыслей, пронесшихся в сознании Арда. — И…

— И это никак не меняет сказанного, — на сей раз перебил уже Ардан. — Находясь со мной, ты подвергаешь себя куда большей опасности, чем без меня.

— Я знаю, — не стала отрицать Тесс. — И тебе, Арди, придется что-то с этим сделать. Ты ведь волшебник. Но знай одно — мы с тобой, зимой, станем мужей и женой. И это факт. Смирись.

Тесс говорила без лишних напора, самоуверенности или наглости. Она просто действительно констатировала факт. Непреложный и бесспорный.

Арди решил выложить на стол последний козырь.

— Артур Бельский, который имеет долю в Концертном Зале Бальеро, на самом деле Пижон и…

— Некоронованный король подземного мира Метрополии, — закончила за него Тесс и тут же рассмеялась, когда заметила широко раскрытые от удивления глаза Арда. — Арди, я вот не знаю, мне сейчас обижаться тому, что ты полагаешь, что за несколько лет жизни в одном доме с Орочьими Пиджаками и общении с Лизой, я не узнала некоторые подробности о Шестерке или же… Радоваться моей женской таинственности и тому, что я смогла провести тебя так, чтобы ты полагал, что мне ничего не известно.