— Обруби хвосты. Журавлёвы нам больше не нужны. Раз есть ифрит, а кого-то из списка удалось подчинить, операция прошла успешно… — начала Царица и замолчала.

— Государыня Императорская Наложница, мы прибыли для нанесения Вам макияжа перед балом, — раздался хор голосов.

В тот же миг картинка на стене померкла. Ядро могучего монстра в тот же момент превратилось в чёрную грязь.

Значит, пришли непосвящённые.

Старик подумал: надо ли затирать следы монстра?

Вряд ли мясо лебедя пригодится ему в пищу, это чудовище обладало ужасной текстурой уже в сыром виде, а при готовке стало бы только жёстче.

Мужчина решил не заморачиваться и достал флакон.

Оттуда повалил туман, а спустя миг перед мужчиной возникла фигура из бирюзового дыма:

— Хозяин, слушаю… о, изюм моего призыва, Ваше новое тело ещё старше прошлого. У Вас появились новые пристрастия? — усмехнулось чудовище.

— Не мели попусту, Радим, можешь поглотить птицу, — проворчал старик.

— А где ядро? И вообще, Вы знаете, что я предпочитаю рыбу!

— Я могу сунуть твою бутылку в жертвенный круг при следующем призыве или бросить в океан к твоей любимой пище…

— Я же просто шучу, хозяин, о Великий Бриллиант Среди Людей. Просто шучу, — усмехнулся дымный человек, и в следующий миг его фигура растворилась и направилась к останкам монстра.

Всего за несколько мгновений слой за слоем лебедь исчез, после чего туман отправился во флакон.

Старик посмотрел на свои ладони:

— А это почистить не судьба? — проворчал мужчина.

Он не собирался оставлять лишних следов, но со столь грязными руками отпечатков было бы много.

Он коснулся пространственного артефакта, и оттуда выплыл рукомойник с зеркалом.

— Старый хлыщ, — глянув на отражение, усмехнулся Кардинал.

Из отражения на него смотрел человек с фамилией, которую их роду дали в качестве оскорбления, подменив истинную.

Истинный руководитель масштабного эксперимента по призыву ифритов в этот мир помыл руки и пригладил волосы, после чего старательно придумал альтернативные события для сознания захваченного им разума. После этого он спокойно передал управление плотью старику, а сам отправился разъедать защитные барьеры разума.

Салтыков очнулся и осмотрелся. В его памяти он зашёл сюда, чтобы проверить руны на водопроводных трубах. Теперь можно было спокойно принять ванну после тяжёлого дня.

Ден Грач

Покидать остров без получения навыка щук и раков я не хотел.

В принципе мысленно я смирился с тем, что стоило бы съесть хотя бы слабую особь.

Изначально мой план был куда проще: убить сильного лебедя, съесть его, а оставшимся крылышком или ножкой выманить рака. А щуку ядром.

Но не сложилось. Озеро было не таким уж большим, но, похоже, навыки сокрытия у птиц оказались достаточными, чтобы затеряться, либо они куда-то временно свалили.

Побережье тоже не баловало наличием чудовищ.

Оказалось, что мятежники во время захвата логова плюхнули баки с зельем, что отпугивало монстров, прямо в воду. В итоге отсюда свалили практически все магические особи и многие обычные чувствительные животные. А вот насекомые с острова наоборот слетелись в воду и померли.

С материка же насекомые прилететь сюда не могли из-за зимы.

Так что надежда на прибрежных чудищ разбилась вдребезги.

Однако на острове оставалось три незакрывающихся портала в иные миры, откуда нестабильно, но поступали монстры.

При этом в озере-то лебедей я не нашёл, но эти пташки около водоёма водились в избытке.

Стоило мне появиться в видимом состоянии, как нашёлся доброволец стихии воды, а за ним и ещё куча птиц слетелись вниз.

Странные создания снова воспользовались мной в качестве повода, чтобы истреблять друг друга.

Я не стал вмешиваться, а просто стал невидим и затих.

Несколько выживших лебедей насытились и даже эволюционировали, после чего глянули друг на друга, но не стали сражаться, а разлетелись в стороны.

Они выклевали на двоих не больше трети ядер. При этом ни одной тушки на земле с головой не осталось, все были оторваны и проглочены этими «каладрийскими птицами», как их обозначила моя модификация.

Я продолжил сидеть час, два, три. Временами прилетали другие птицы, осматривали шеи туш на земле, после чего улетали.