Джоанна с Аароном шагали по улице прочь от особняка семьи Лю. Девушка то и дело касалась ожерелья, подаренного бабушкой. Неужели это действительно ключ во дворец Короля монстров? Туда, где находится тот, кто изменил хронологическую линию?

– Кажется, ты упоминал что-то о королевских законах, когда мы только прибыли в это время, – решила уточнить кое-что Джоанна у Аарона.

– Спрячь подвеску, – резко велел он, выглядя крайне напряженным и даже слегка испуганным: даже настоял, чтобы они вернулись к рынку другим маршрутом, и теперь постоянно оглядывался.

– Интересно, почему Ин не забрал ожерелье в уплату за информацию? – задумчиво протянула Джоанна, послушно пряча кулон под свитер. – Я же предложила.

– Вероятно, не хотел иметь ничего общего с этим предметом, – прокомментировал Аарон. – Как и я, кстати.

На перекрестке Джоанна нажала на кнопку светофора, чтобы перейти дорогу. Оливер же нетерпеливо сжимал и разжимал пальцы, точно опасался долго стоять на месте.

– Чего ты так боишься?

– Нужно как можно быстрее возвращаться к рынку, – бросил Аарон.

Его поджатые губы и бледное лицо напомнили Джоанне, как он выглядел в тот момент, когда Рут рассказала о появлении в больнице гвардейцев.

– Так этот король что, правит всеми монстрами в Англии?

– Наши границы отличаются от того, что люди называют странами, – с кислым выражением, явно не желая отвечать, выдавил Аарон. – А государства образовались задолго до них.

Джоанна снова почувствовала, что перед ней приоткрывается завеса совсем иного мира, и пожалела, что бабушка никогда о нем не рассказывала, оставив такие пробелы в знаниях внучки.

Мимо проехал большой красный грузовик королевской почты. Аарон пристально следил за ним, пока тот не свернул за угол, и вообще наблюдал за каждой машиной на дороге, а когда наконец загорелся зеленый сигнал светофора, поспешно зашагал на противоположную сторону улицы.

– Послушай… – сделала новую попытку завязать беседу Джоанна.

– Иди быстрее, – перебил Аарон, и заговорил снова только тогда, когда она нагнала его, тем же резким тоном. – Короля никто никогда не видел. Он правит, отдавая приказы через членов дворцового совета. Они служат исполнителями его воли и палачами. Мы иногда называем их Curia Monstrorum [3] , или курия монстров.

Стараясь не отставать от спутника, Джоанна задумалась, собирая воедино клочки полученной информации. В сообществе монстров существовала некая структура власти. Ранее Рут упоминала о королевских гвардейцах, которые, кажется, исполняли роль полиции. Распоряжения им отдавали, похоже, члены дворцового совета. И во главе всей иерархии стоял сам Король. Вот только как может править тот, кого никто никогда не видел?

Джоанна безуспешно попыталась представить невидимого монарха, ведущего все дела в сообществе монстров, но быстро сдалась и решила расспросить Аарона.

– Как ты считаешь, Ин сказал правду? О том, что Король когда-то изменил предыдущую линию времени? И стер истинную хронологию с помощью какого-то устройства?

– Не говори этого, – прошипел Аарон, снова настороженно оглядываясь, затем заметил недоуменный вид Джоанны и пояснил: – Не произноси слова «истинная хронология» или «истинная история» в людных местах.

Сейчас они шагали по тротуару вдоль дороги. Вряд ли это можно было назвать «людным местом». Кроме того, Ин свободно обсуждал упомянутую тему.

– Никто нас не слышит, – наконец прокомментировала Джоанна.

Аарон осторожно осмотрелся по сторонам, прежде чем снова заговорил, и то так тихо, словно боялся, что кто-то подслушает, хотя поблизости никого не было:

– Существует только одна хронологическая линия. Та, события в которой соответствуют желанию Короля. Упоминать о другом потоке времени вслух и тем более называть его «истинным» опасно. Это… это богохульство.

– Богохульство? – ошеломленно повторила Джоанна. Учитывая контекст обсуждения, было бы уместнее употребить «государственная измена», так как этого не одобрял правитель. – Но, Аарон…

– Пожалуйста, – быстро перебил ее Оливер. – Пожалуйста, давай сначала доберемся до безопасного места, и уже потом продолжишь расспросы. – Он провел по своим волосам дрожащими пальцами и едва слышно вздохнул, похоже просто озвучивая мысль вслух: – Во что мы вляпались?

На рынке толпилось гораздо больше людей, чем раньше. Пробираясь между покупателями, Джоанна наконец поняла, по какому принципу было организовано пространство: по эпохам, как отделы в универмаге. С одной стороны тянулись ряды с одеждой двадцатого века, затем двадцать первого. Наряды становились все менее и менее знакомыми по цветовой гамме и покрою после родного для Джоанны года, пока не начинали казаться столь же странными на вид, как и платья отдаленного прошлого. Ее так и подмывало свернуть к лоткам с техникой будущего и посмотреть на контрабандный товар там.