— Точно понимаешь?

— Точно, — заверила меня Ариэль.

— Тогда мне расскажи.

— А давайте-ка вы перенесёте занимательное обучение из жизни духов на потом.

— Дядя, ты ещё тут? — удивился я.

— Я всегда тут, — фыркнул дядя. — Где моё обещанное приглашение на свадьбу?

— Ах, вот оно что. Ну и меркантильный ты, дядя.

— Тихо, — шикнула на меня Ариэль и даже попыталась засадить локтем, правда, безрезультатно, он просто прошёл сквозь меня. — С ним так нельзя.

— А то что? Вернёт обратно? Не сможет. Это моё желание.

— Но отобрать то бессмертие у неё могу.

— Дядя, вот давай комедию ломай в другом месте. Тут надо по-свойски, попроще. Тут чужих нет. Ариэль вон на тебя духом тысячу с лишним лет горбатилась. Да она тебя, дядя, как облупленного знает. Чего перед ней щёки надувать? Я спор для тебя выиграл, правда, до сих пор не знаю как. Про Эзопа разговаривали. А я про него не с каждым говорю. Вот, Ариэль, я с тобой про Эзопа разговаривал? — Гургутка уверенно помотала головой. — Вот видишь, дядя, не разговаривал. А я, между прочим, за неё свою жизнь на духовское существования променял. А про Эзопа, видишь, не разговаривал. Цени, дядя!

Ответом дяди было натруженное молчание. Не знаю, почему именно натруженное. По внутренним ощущениям или у духа открывается какая-то дополнительная чакра. Потом как-нибудь поковыряюсь в себе и поведаю всем желающим о моих духовских нововведениях. Или не поведаю.

— Так что там со свадьбой? — первым прервал затянувшееся молчание всё-таки дядя.

Я посмотрел на Ариэль, а та в свою очередь пожала плечами.

— Не знаю, мне ещё вождь даже предложение не сделал.

— В смысле?! — опешил я. — Да мы тут битый час вокруг тебя с уговорами скакали!

— А предложение он так и не сделал, — надула губки гургутка.

— Охренеть! Девчушке второе тысячелетие прёт, а она всё в соплюшку-принцессу играет.

— А будешь обзываться, пошлю тебя вместе с вождём куда подальше. Ещё бы и оплеух добавила, да только они мимо тебя пролетают.

— Полезное свойство, между прочим, и чего я раньше в духи не пошёл?

— Ты лучше пошёл бы вождя нашёл. Она ведь не шутит, — вставил свой «ценный» совет дядя. — Предложение для гургутки это очень серьёзно. И тут вождь, не вождь — значения не имеет. Уж очень на свадьбу хочется, — перешёл на шёпот дядя.

— Можно подумать, ты за свои года на свадьбах не нагулялся, — тоже прошептал я. — Небось, каждая вторая с твоим участием?

— Каждая нулевая, — вздохнул дядя.

— Серьёзно? — не поверил я.

— Не зовут.

— Да, дядя. Жалко, я дух. Вот только ради тебя выбрал бы какую-нибудь Мару и позвал бы тебя свидетелем со стороны жениха. У вас, кстати, свидетели на свадьбах есть?

— Нет.

— Что, и драк нет?

— Зачем драки? Это же свадьба.

— Если вы и дальше будете выяснять, чего у нас есть, а чего нет, то свадьбы точно не будет.

— Ариэль, а тебя не научили, что подслушивать нехорошо? Тем более когда беседуют твой бывший начальник и твой преемник. И вообще, ты столько лет ждала, что, пять минут не потерпеть?

— Я не ждала. А иногда пять минут — это вечность.

— Дядя, а давай вместе смотаемся до Великого? Вдруг у него тоже какие-нибудь закидоны начнутся.

— Нет. Ты правильно сказал, это тут все свои, а вождь мне чужой. Поэтому давай сам.

— Ладно, я пошёл. Ариэль, ну ты как-нибудь… это… ну не знаю… жених же придёт.

— Я плохо выгляжу? — встрепенулась гургутка.

— Выглядишь ты отпадно, — заверил я. — Только взгляд у тебя не робкой невесты. А ну, как Великий испугается и передумает. Я бы, например, побоялся бы брать в жёны невесту с таким взглядом. Тысячу двести лет воздер… точнее ожидания, это вам не шутка.

— Кто-нибудь сделайте его на пару секунд материальным. Очень хочется дать подзатыльник.

— И хвост ей верните кто-нибудь, а то другим она физически воздействовать отвыкла.

С этим приподнятым настроением я и пошёл искать Великого вождя.

***

Пожалуй, первый раз в этом мире что-то пошло гладко. Ну, если не считать пьяного вождя.

— Вот скажи мне, Великий, с какого перепугу ты так назюзюкался?

В ответ вождь неопределённо махнул рукой, типа ответь на свой вопрос сам, не маленький.

— Ты понимаешь, что тебя твоя Ариэль пошлёт не только перед первой брачной ночью, а ещё и до свадьбы?

На это Великий хмыкнул такой пренебрежительной ухмылкой, что даже я на секунду засомневался в своих словах.