Место здесь было неплохое, еда часто сама приходила к нему. Нужно было только вынырнуть и схватить её.

Постепенно он набирал силу, становясь с каждым годом всё более могущественным. Скоро наступит время, когда он будет готов к тому, чтобы оплодотворить самку. Однако для этого ему требовалось больше пищи, чтобы потомство получилось сильным. Вот только где её столько взять? А тем более, когда появятся детки, её нужно будет куда больше. И вот эти мысли не давали ему покоя.

Он как-то попытался сменить место обитания, но в тех водах обитал более сильный собрат, который не позволил ему переселиться. Объяснив, мол, у него есть дети, и их также необходимо кормить. Если ещё и он там начнёт охотиться, то еды точно на всех не хватит.

Может быть, стоит перебраться ближе к тому месту, где обитают двуногие? Которые плавают на невкусных кораблях, часто застревающих в зубах. Или же вообще уплыть в дальние воды?

Вдруг он ощутил, как к нему приближается вкусная еда, да не просто еда, а наполненная огромной силой. Той, что даёт развитие. Такое он чувствует впервые. Он ринулся к ней, боясь, что добыча убежит. Как он был счастлив, когда, вынырнув, обнаружил много-много вкусной еды, а ещё та манящая сила… М-м-м, в предвкушении он чуть не терял голову.

Октупус поступил, как и сотни раз до этого. Поднырнул под жертвой и начал обхватывать хрупкие судёнышки щупальцами, желая их опрокинуть. Тогда еда сама вылезет из этой невкусной скорлупы и попадёт к нему в рот.

Боль, резкая боль пронзила всё тело. Какой-то двуногий, от которого веяло мощью больше, чем от других, смог отрубить ему щупальце. Октупусом овладела злость и ненависть. Он желал растерзать его… Поскольку, чтобы снова отрастить её, ему понадобятся годы и море пищи. Ввиду чего спаривание вновь отложится. Это привело его в неописуемую ярость.

Вынырнув из воды, он вновь почувствовал боль, что-то мелкое ударило по всему телу и глазам. Затем ещё раз, но уже в районе рта, причинив невыносимую боль. Далее случилось самое неприятное. Вкусная еда начала убегать, да к тому же они уносили с собой так необходимую ему для «развития» силу.

Нет, этому не бывать. Он должен её заполучить. А для того, чтобы их догнать, ему потребуется немало сил. Необходимо сначала закончить с едой, что плавает повсюду.

***

Настоящее время.

Забежав в каюту, я начал перебирать мешки. Чего тут только не было. Вот на хрена им старая одежда? А деревянная посуда, знававшая лучшие годы?

Минут через пять вошёл Дориан.

— Чего ты там ищешь? — поинтересовался он, усевшись в кресло. Налив себе вина, он стал наблюдать за тем, как я копошусь среди мешков.

— Причину, по которой он за нами гонится.

Пфрф, — раздалось за спиной. Вино, которое он только что набрал в рот, вылетело наружу.

— В смысле гонится? Кто гонится?

— Октупус. Он в километре от нас. При этом пропускает другие корабли, которые мог бы легко нагнать. Ему зачем-то нужны мы, но вот зачем?

— И когда ты собирался об этом нам рассказать?

Выпрямившись, я повернулся к нему. Вместо ответа я задал свой вопрос:

— Где эти… — Пощёлкал я пальцами. — Альгезиумы?

— Спрятал.

— Показывай. Мне кажется, именно они являются причиной, почему ему так не терпится вновь с нами пообщаться.

Капитан поставил бокал на стол. Встал и прошёл в дальний угол, отодвинул шкаф и куда-то нажал. Послышался щелчок, и стенка, состоящая из четырёх досок, отворилась. За ней обнаружилось небольшое помещение, метров два на два.

К моему удивлению, когда я подошёл к сложенным там мешкам и использовал свою способность, я не почувствовал накопленную в них энергию. Это было странно.

Помимо них тут находились сундуки с золотом, что мы экспроприировали у Армана, золотая посуда, клинки с украшенными гардами и прочие ценности.

Заглянув в каждый, я охнул. Камней было довольно много — примерно двести штук. Осмотрев их, я понял, что большинство из них уже наполнены. Это вызвало у меня такую злость, что я был готов спуститься в трюм и отрубить ему голову за страдания людей.

Одна только мысль о том, что для наполнения такого камня требуется замучить как минимум пятерых человек, вызывала во мне жгучую ненависть ко всему «новому свету». И её куда-то требовалось выплеснуть, но вот куда?

— Хватай мешки и потащили, а то я точно что-нибудь здесь тебе сломаю, — зло бросил. Взвалив три мешка с камнями боли на плечи, я пошёл и на выход.

Нам понадобилось некоторое время, чтобы перенести всё на корму. Когда мы закончили, я увидел монстра, который почти настиг нас, и начал поспешно выбрасывать содержимое за борт. Олька оказалась права. Тварь сразу же ушла на глубину, чтобы проглотить добычу.