– Чего угодно, незнакомец?

– Приветствую. Мне нужен особый гобелен. Он должен большей частью быть пропитан зенте, и незначительно финта. На нём должен быть вот такой узор, – Кселай протянул мастеру свёрток с изображением этого самого узора, – А ещё он должен состоять из очень тонких нитей, настолько тонких, насколько это возможно.

Приняв свёрток, сенонец сообщил:

– Довольно сложный заказ. На это придётся потратить какое-то время.

– Ничего, я пока что тут погуляю, осмотрюсь.
– успокоил его Кселай, на что получил ответ:

– Хорошо, я постараюсь сделать его как можно быстрее.

После этого Кселай пошёл ещё побродить по округе, чтобы оглядеть другие места на наличие улик. После того, как он обошёл пару кварталов и не обнаружил ничего подозрительного, он вернулся к сенонцу и, получив от него гобелен, пошёл тем же путём, каким он прибыл сюда, чтобы чуть внимательнее взглянуть на те странные следы, что он заметил ранее. Более подробный взгляд помог понять, что тут использовалась очередная не стихийная магия, но не та, что сарином наблюдал в странном доме с временной аномалией. Попытавшись запомнить примерную форму следов, псар направился с докладом в Кольен.

Когда он оказался в здании, то прямо у входа его встретил Зандр. Он поинтересовался, всё ли тот доложил Йимиру, как прошло задание и другие подробности. Кселай всё ему рассказал. Зандр же поведал, что те двое сенонцев, которых они повторно допрашивали в Зактарисе, всё же были осмотрены мондом. Оказывается, в их памяти находятся какие-то сведенья, которые они сами не помнят. Эти сведенья возможно достать только какой-то особенной формой магии, но какой – выяснить так и не удалось. Тогда их привели в то здание, где обнаружили странные следы эфира, но их как словно и не было. Просто заброшенное здание без каких-то аномалий. Либо эффекты этой сферы быстро улетучиваются, либо кто-то умело заметает следы. Это заинтересовало Кселая, и он попросил при первой же возможности направить его на подобное дело её раз. Зандр пообещал, что именно так и сделает. Когда же сарином поинтересовался о дальнейшей судьбе этих двоих допрошенных, то глава псаров ответил, что пока что их отпустили, но приставили пару псаров и одного монда незаметно наблюдать за ними. Оставшийся день никаких заданий для зомартянина не было, и он провёл его в библиотеке.

Ещё несколько раз Кселай бывал на разных заданиях, один раз ему даже довелось побывать в Финтарисе, но ничего сверхъестественного там не происходило – обычные проблемы народа четырёх стихий. Правда, перемещаться между зданий летающего города благодаря потокам ветров было довольно необычно – словно катаешься на экстремальных горках, только без какой-либо страховки. И вот, наконец, наступил хавор, когда сариному доставили анвариотор. Ему не терпелось испытать работоспособность данного устройства, ведь его ни разу не испытывали на практике, и Кселай будет первым, кто опробует его на себе. Выйдя за пределы города, он активировал прибор. Всё вокруг стало видно чуть хуже: потускнели цвета, потерялась контрастность, вдобавок появилась небольшая размытость. Но ориентироваться во всём это не составляло труда. Самое главное теперь было войти в город и убедиться, что никто не заметит ходящего по нему пришельца. И это сработало! Кселай ходил прямо посреди главной улицы, но никто не бросал даже взгляда в его сторону. Только то, что Кселай проходил мимо каких-нибудь вещей, которые он слегка задевал и создавал небольшой шум, привлекало внимание парочки сенонцев, но в остальном он ощущал себя вполне невидимым. Но на этом проверка технологии не закончилась. Войдя непосредственно в Кольен, Кселай попытался отыскать Симентория, чтобы провести на нём самые главные эксперименты.

Юный сенонец был обнаружен в тренировочной комнате, когда упражнялся в магии ветров. Кселай взял один из шариков, в которых находился скроакзированный эфир, и бросил чародею под ноги. Этот предмет сразу же привлёк внимание октара, ведь такую концентрацию магии трудно не заметить. Он подобрал его и произнёс себе под нос:

– Шарик антинематериализации? Что он тут делает? Наверное, Кселай обронил его. Надо будет отдать.

И положил на стол недалеко от себя. Тогда зомартянин бросил ещё один шарик на пол пути между собой и сенонцем, чтобы тот точно посмотрел в его сторону. Сименторий, конечно же, обратил на него внимание. Подойдя и подняв его, он произнёс уже вслух:

– Кселай, это ты? Ты тут свои шарики раскидал.

После этого он оглянулся вокруг, пожал плечами и собирался положить этот шарик на тот же стол, что и первый, но Кселай бросил последний оставшийся шарик в паре метров от себя. Сименторий с недоумением подошёл подобрал его, и тут же Кселай выключил анвариотор. Сенонец испугался и активировал шарик. Эфир мгновенно распространился, заполоняя всё вокруг и равномерно распределяясь в окружающей среде, а перепуганный октар с облегчением произнёс:

– А, это ты. Зачем так пугаешь? И, постой, а откуда ты взялся?

И тут Кселай поведал ему о новом устройстве невидимости. Он пару раз уточнил, действительно ли сенонец совсем ничего не видел и не слышал со стороны скрытого наблюдателя, на что тот уверял, что даже сомнения в том, что там ничего нет, у него не было.

Кселай остался доволен экспериментом. Но Сименторий спросил:

– А не легче было просто позвать меня по имени и не раскидывать шарики скроакзированного эфира? Теперь один из них мы испортили.

– Это устройство не только скрывает меня от глаз, но и поглощает все звуки, чтобы абсолютно ничего не выдавало моего присутствия, иначе, какой смысл в невидимости, если меня можно будет отследить по шуму шагов?

– Даже вон как… тогда понятно. А можно мне такое же устройство?

– Зачем оно тебе? Ты же можешь с помощью магии делать всё то же самое.

– Ни в одном урине не обучают искусству становится невидимым. Я даже не знаю, к какой сфере это можно отнести.

– Это прекрасная возможность тебе самому стать исследователем и изобрести новый магический эффект. Думаю, финта тут подойдёт больше всего, ведь тебе нужно растворяться в воздухе.