Кажется, это «Родион» — зелье восстановление, названное в честь алхимика-первооткрывателя. В основе собственная кровь мага, который хочет использовать это средство, и женские слёзы, всё при этом должно быть насыщено маной.

Чтобы это зелье не сработало, волшебника можно отравить чем угодно, что создало бы разницу с его кровью из зелья.

А я между тем никак не умирал от заморозки, а остался перед выбором:

Внимание!

Ресурсы для таланта «Выживание» не найдены в течение минуты при критическом состоянии организма.

Вы можете мысленно выбрать одно из улучшений структуры, которое доступно для преобразования в ресурсы. Выбор необратим, заново получить улучшение из того же вида монстра останется невозможным!

В случае отказа от выбора, организм не будет восстановлен до попадания в питательную среду с достаточным количеством материалов.

Вы можете превратить в ресурсы:

– 0- Отказ

– 1- Сила +3

– 1- Глазомер баклана

– 2- Незримый Хищник + Линька Имуги

– 3- Неразрушимый скелет Короля Обезьян

– 4- Сверхплотные Мышцы

– 5- Малый Бог Молний

– 6- Жизнь в Движении

– 7- Средний Бог Бури

– 8- Волшебство

– 9- Кровь Титанобоа + полный иммунитет к ядам

– 10- Оглушающий Взгляд + Мудрость Природы

– 11- увеличение ловкости (+58)

– 12- Тихая Поступь

– 13- Максимальное поглощение

– 14- увеличение сродства со стихией льда (+932)

– 15- увеличение силы (+92)

Я был проморожен не равномерно, так что, кажется, ещё был вариант проглотить перо Вольта, которое я спрятал во рту, чтобы не потерять во время текущей ситуации.

Однако я кое-что понял.

А не активировалась ли эта поганая строчка №2 «Линька Имуги»?

Вот только, кажется, я отупел до жадности так, что не хочу хоть что-то отпускать. В текущей ситуации всё может решить итог короткой или долгой битвы.

— Слушай, давай я у тебя куплю зелье. У меня только собственные, — проворчал тем временем Салтыков. — Она мне нужна живой.

— Что ты можешь предложить? — уточнил японец.

— Могу зарядить брелок или выполнить иную просьбу.

— Идёт.

Далее мужчина с тростью подошёл, наклонился над девушкой и грубо влил в неё содержимое небольшой пробирки.

Предсказуемо, что жидкость пошла не в желудок, а в лёгкие, так что девушка закашлялась, брызги этого дивного средства долетели даже до меня.

Обнаружен новый ресурс!

Восстановление структуры.

Процедура завершена.

— Вот же стерва! — проворчал менталист и ударил сапогом допель по груди.

— Слушай, Салтыков, а тебе вообще зачем эта дура? Она ж надолго в кого-то сильного не превратится, ты сам видел. Она прилипчивая и невоспитанная, вечно веселится и в глаза заглядывает, словно собачка, — поинтересовался Цучияма, похоже, перебирая запас зелий в своих внутренних карманах. — Током пожгло зелье во фляге… стук, ещё одно сердце? В сторону!

Японец успел произнести, но мой удар уже прилетел в челюсть Салтыкову с такой силой, что даже при защите амулета, его отбросило на пятнадцать метров до саркофага.

— Раунд 2. Сражайтесь! — усмехнулся я.

Топор-допель поделилась со мной зельем, так что прощена… хе-хе.

— Что он вообще за тварь? Его же проморозило насквозь! Ты сказал, его сердце перестало биться, а регенерация замерла! — пробормотал менталист, вставая на ноги, он даже оглянулся на японца.

— Не люблю, когда обо мне в третьем лице, я тут подумал, у вас двоих есть предсмертные желания? — улыбнулся я, медленно шагая к ним.

— Сдохни! Вот моё желание! — рассмеялся Цучияма и протянул в мою сторону руку.

Я уже несколько раз видел его талант, так что схватил «топор» и рванул в сторону.

Разрушительная сила вибраций наступает не мгновенно, а за несколько секунд, постепенно нарастая.

Я точно не знал, сколько ресурса мной получено из выплюнутого на меня зелья, поэтому ловкость или электричество не активировал. Также не хотел бы снова оказаться перед выбором стирания тяжело добытых умений.

В какой-то момент я положил тело на редкий кусок травы, а сам продолжил бег, словно по мне периодически стреляют из автомата.