— Угу. — Ответил Аанг, вызвав легкое недоумение у сидевших рядом ребят. Да, он им тоже все это рассказывал, но все скидывали такую свободу на тот факт, что он — Аватар.

«Хотя свобода в Храмах была весьма условная» — Подумал я, скрыв едва не вылезшую улыбку. — «Живя на крутых скалах, где нет нормальных пешеходных дорожек, если хочешь жить, тебе придется научиться покорению. А дальше действовало правило домино — изучив одно ката дети невольно захотят узнать еще одно. А потом еще, еще и еще. Все это, благодаря смешению с уникальной культурой Воздушных кочевников и их высокой духовностью, создало народ со 100% рождаемостью покорителей, что будь они такими-же воинственными, как Народ Огня, могло бы стать проблемой, но пронесло. Слава Духам»

— В других культурах все иначе. — Продолжил я свой рассказ, отложив в сторону деревянную тарелку и ложку. — И в Племени Воды, и в Царстве Земли, и в Народе Огня в первую очередь идет привитие уважение к своему наставнику. Готовность не только перенимать его знания, но и исполнять все его команды и требования. И чем… опасней стихия, тем жестче это правило. Так на Северном Полюсе наставники считают нормальным проверять на адаптивность и смекалку, давая практически невыполнимые задания. В Царстве учителя зачастую бьют своих подопечных, чтобы привить им твердость духа и готовность идти до конца.

На этих словах я приспустил рукава халата и показал плечи, на которых белесыми полосами выделялись сетки многочисленных шрамов, заставившие золотое трио шокировано раскрыть глаза и прикрыть рты. Да и Якон не остался безучастным.

— Мастер Шайнинг… — Шепотом проговорила Катара, потянувшись к отметинам, но я накинул ханьфу обратно и продолжил свой рассказ.

— В этом нет ничего страшного. В конце концов, именно они сделали меня тем, кто я есть, хотя я сам никогда руку на вас не подниму. — С мягкой полуулыбкой сказал я, кивнув девушке, а затем повернулся к Аватару и взглянул ему прямо в глаза. — Что касается покорения огня, то запомни, Аанг. Это самая опасная в освоении стихия, ведь камень без мага в тебя не полетит, а вода не задушит. Пламя не зря считают живым существом. Это сама жизнь возведенная в абсолют — быстротечная и разрушающая все вокруг себя. Чтобы контролировать его нужна дисциплина и умение держать себя в руках. Без нее ты рискуешь не только сгореть, обратившись в пепел, но забрать с собой все, что тебе дорого.

Сказав это я распрямился, не заметив с каким удивлением сидящие вокруг уставились мне за спину.

— Запомни Аанг. — Продолжал я, переведя взгляд на тлеющие угли в очаге, где парой часов ранее готовился ужин. — Если твой наставник попросит у тебя подчинения, то делает он это не со зла. Из всех магов именно огневики больше всего подвержены влиянию собственной стихии и если тот, кого среди них считали гением, говорит что ты еще не готов, то следует к нему прислушаться.

И замолчал ожидая реакции на мои слова, однако вокруг костра установилась гробовая тишина, природа которой была мне непонятна.

— Какие интересные слова ты говоришь, юный мастер семьи Бейфонг. — Одним духам было ведомо, сколько сил и силы воли мне потребовалось, чтобы позорно не подсочить на ноги. Ведь старый голос, полный сарказма и легкого одобрения, появился словно из неоткуда. Моя сейсмочувствительность настойчиво твердила, что там никого нет, но мои уши говорили обратное. — Конечно многовато театральности и самолюбования, но кто из нас без греха? Но для юноши своего возраста ты говоришь очень правильные вещи.

Стоило ему замолчать, как сидевший рядом со мной Чей отодвинулся, а на его место сел мужчина небольшого роста, с седыми волосами, короткой бородой, усами и двумя узнаваемыми шрамами, облаченный в подранные мешковатые одежды.

Узнать, кто был передо мной труда не составило.

— Мастер Джонг Джонг. — Поприветствовал его я, слегка поклонившись и приняв более официальную позу. — Для меня честь познакомиться с вами и услышать от вас такие слова.

На что дезертировавший адмирал лишь быстро взглянул на меня, фыркнул и отвернулся.

— Расслабься, юнец. — Сказал он, приняв от подошедшей к нему женщины кружку исходящего паром чая и сразу пригубил ее. — Мы не на приеме у Хозяина Огня. Будь естественней.

— Как скажете. — Сказал я, расслабив мышцы и перестав выглядеть таким напряженным, хотя позу не поменял. Что сказать? Привычка вторая натура.

После этого я стал внимательно наблюдать за огневиком, который сначала внимательно осмотрел каждого из присутствующих, делая свои выводы, а затем сосредоточил взгляд на Аанге, который от такого стушевался, но глаза не отвел.

— Изначально я хотел оказать вам. — Сказал он, после недолгого молчания, переключив внимание на угли, которые, словно забыв о том, что почти полностью прогорели, вспыхнули с новой силой, освящая все вокруг теплым оранжевым светом. — Видел, что в Аватаре не хватает дисциплины и воли, чтобы укротить огонь. Сделать его своим.

При этом он спокойно погрузил руку в пламя, которое даже не тронуло одежду, и вытащил из него небольшой огонек, на который начал внимательно и даже…. Завороженно смотреть.