Мы стояли молча, наблюдая, как последние лучи солнца покидают вершины дальних сопок. Завтра предстоял не менее напряженный день. Нужно закрепить сегодняшний успех, превратить его в долгосрочное преимущество.

Я вернулся в штаб и вызвал связиста.

— Связь с Москвой установлена? — спросил я.

— Да, товарищ Краснов. Можем передать шифрограмму немедленно.

Я достал блокнот и написал короткое, но емкое сообщение:

'МОСКВА. ТОВАРИЩУ СТАЛИНУ. ЛИЧНО.

ДАЦИН ВЗЯТ. ЯПОНСКИЙ ГАРНИЗОН УНИЧТОЖЕН. НЕФТЯНОЕ МЕСТОРОЖДЕНИЕ ПОД КОНТРОЛЕМ. НАЧАТА ГЕОЛОГИЧЕСКАЯ РАЗВЕДКА. ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ДАННЫЕ ПОДТВЕРЖДАЮТ ГИГАНТСКИЕ ЗАПАСЫ. СОЗДАНА СИСТЕМА ОБОРОНЫ. ПОЛИТИЧЕСКОЕ ПРИКРЫТИЕ ОБЕСПЕЧЕНО. ОЖИДАЮ ДАЛЬНЕЙШИХ УКАЗАНИЙ.

ЭМИССАР-1'

Перечитав текст, я передал его связисту:

— Шифруйте и отправляйте немедленно. Высший приоритет.

Радист козырнул и направился к радиостанции, а я еще долго сидел, глядя на карту Маньчжурии. Впрочем, долго отдохнуть мне не дали.

Александров, вернувшийся с разведки, принес неожиданную новость.

— Товарищ Краснов, — сказал он, войдя в штабной кабинет, — с юга замечено передвижение крупного воинского соединения.

Я мгновенно напрягся:

— Японцы?

— Нет, — Александров покачал головой. — Войска Гоминьдана. По нашим данным, это части генерала Фэн Юйсяна, того самого «христианского генерала». Не проявляют агрессивных намерений, но продвигаются в нашу сторону.

Новость выбила меня из колеи. Во время планирования операции представитель Фэна, доктор Чжан, говорил лишь о нейтралитете и возможном отвлекающем маневре. О прямой военной поддержке речи не шло.

— Численность? Вооружение? — мои вопросы следовали один за другим.

— По приблизительным оценкам, до полка пехоты, несколько артиллерийских батарей, кавалерийский эскадрон, — ответил Александров. — Вооружение разношерстное, от старых винтовок до современных пулеметов. Замечено даже несколько броневиков американского производства.

Я нахмурился:

— Странно. Зачем такая демонстрация силы?

— Есть еще кое-что, — добавил Александров. — К нам прибыл представитель генерала, тот самый доктор Чжан Цзюцзе. Ожидает встречи в приемной.

Вот это уже интереснее. Я взглянул на часы — десять вечера. Странное время для визитов.

— Хэ Лун знает об этом?

— Да, — кивнул Александров. — Он уже здесь, в соседней комнате. Ждет вашего решения.

— Пригласите их обоих, — распорядился я. — И вызовите Сопкина.

Через пять минут в кабинете собрались все заинтересованные лица. Хэ Лун, с плохо скрываемым недоверием поглядывавший на представителя Гоминьдана; доктор Чжан, элегантный даже после долгой дороги, в безупречно отглаженном европейском костюме; и Сопкин, который сразу занял позицию у карты, анализируя расположение сил.

Доктор Чжан поклонился с изысканной вежливостью:

— Товарищ Краснов, позвольте поздравить вас с блестящей победой. Весть о разгроме японского гарнизона распространилась по всей Маньчжурии.

Его русский был безупречен, с едва заметным акцентом, выдающим образованного человека, изучавшего язык по классической литературе.

— Благодарю, доктор Чжан, — ответил я сдержанно. — Но я хотел бы понять, чем вызвано передвижение войск генерала Фэна к зоне недавнего сражения?

Чжан улыбнулся тонкой дипломатической улыбкой:

— Генерал Фэн стремится внести свой вклад в общую борьбу против японских захватчиков. Во время вашей решительной атаки на Дацин его войска блокировали южные дороги, предотвратив подход японских подкреплений из Цицикара.

Хэ Лун фыркнул:

— В первый раз слышу. Ни один из моих разведчиков не докладывал о действиях войск Гоминьдана на южном направлении.

Доктор Чжан повернулся к нему с невозмутимым видом:

— Командир Хэ Лун, я понимаю ваше недоверие, учитывая сложные отношения между КПК и Гоминьданом. Но перед лицом японской агрессии генерал Фэн считает необходимым временное сотрудничество всех патриотических сил Китая.

Я внимательно наблюдал за этой перепалкой. Что-то здесь не складывалось. Фэн Юйсян, опытный военачальник и политик, не стал бы просто так перемещать свои войска в зону потенциального конфликта.

— Доктор Чжан, — прервал я их, — давайте перейдем к сути. Чего конкретно хочет генерал Фэн?

Чжан расправил невидимую складку на безупречном костюме:

— Генерал предлагает объединение усилий для обороны освобожденного района. Его войска могли бы занять южный сектор периметра, освободив ваши части для других задач.

Хэ Лун медленно покачал головой:

— Вы хотите получить контроль над частью территории. И, разумеется, над долей нефтяного месторождения.

— Природные ресурсы Китая должны служить всему китайскому народу, а не отдельным группировкам или иностранным державам, — уклончиво ответил Чжан, но его взгляд выдавал, что Хэ Лун попал в точку.