— Ваши предложения? — спросил Исихара.

— Немедленная мобилизация сил в Цицикаре и Харбине, — ответил Моримото. — Концентрация авиации, артиллерии и бронетехники. Массированный удар по Дацину в течение ближайших сорока восьми часов.

Исихара медленно покачал головой:

— Императорский Генеральный штаб придерживается иного мнения.

— Что?! — Генерал Кумагаи едва сдержался. — Мы позволим русским безнаказанно захватить наши территории?

— Во-первых, — холодно парировал Исихара, — Дацин формально не наша территория. Это китайская земля, где мы установили контроль. Во-вторых, у нас нет достоверных доказательств прямого участия советских регулярных частей. Официально это нападение китайских партизан.

— Но разведка… — начал полковник Хирата.

— Ваша разведка не смогла предупредить о готовящемся нападении, — отрезал Исихара. — Почему теперь мы должны полностью доверять ее оценкам?

Моримото стиснул зубы, но возразить не посмел.

Исихара подошел к карте и внимательно изучил отмеченные позиции:

— Если это действительно советская операция, то мы имеем дело с тщательно спланированной провокацией. Они хотят втянуть нас в открытый конфликт, к которому мы сейчас не готовы. Наши основные силы сосредоточены южнее, для операции «Хризантема». Перебрасывать их сейчас — значит сорвать более важные стратегические планы.

— Значит, мы просто отдаем Дацин русским? — недоверчиво спросил генерал Ямамото.

— Я этого не говорил, — тонко улыбнулся Исихара. — Мы проведем тщательную разведку. Оценим силы противника, их вооружение, укрепления. Подготовим детальный план операции по возвращению контроля. Но действовать будем не в слепой ярости, а с холодным расчетом.

Он обвел взглядом присутствующих:

— Никто не отменял нашу основную задачу. Операция «Хризантема» должна начаться по расписанию. А к вопросу Дацина мы вернемся позже, когда будем полностью готовы.

— Сколько времени потребуется на подготовку? — спросил Моримото.

— Неделя на разведку, — ответил Исихара. — Еще неделя на разработку плана и концентрацию сил. Затем определим дату операции.

— Две недели?! — воскликнул Кумагаи. — За это время они превратят Дацин в неприступную крепость!

— Возможно, — спокойно кивнул Исихара. — Но рисковать полномасштабной войной с СССР ради месторождения, ценность которого еще предстоит доказать, Императорский Генштаб не намерен. По крайней мере, не сейчас.

Исихара достал из портфеля запечатанный конверт:

— У меня приказ, подписанный военным министром. Никаких масштабных военных действий без прямого разрешения Токио. Разрешается только ограниченная разведка боем.

Моримото принял конверт с плохо скрываемым разочарованием.

— Есть еще один аспект, — продолжил Исихара. — Нам необходимо выяснить, что за новое оружие применили русские. Особенно эти ракетные установки. Если информация подтвердится, это может серьезно повлиять на все наши стратегические планы.

Полковник Хирата кивнул:

— Имеются свидетельства выживших о каком-то оружии, выпускающем десятки ракет одновременно. Разрушительная сила огромна. Ничего подобного мы раньше не встречали.

— Именно это меня и беспокоит, — сказал Исихара. — Если русские создали принципиально новое оружие, нам нужно знать его возможности, прежде чем рисковать крупными силами.

Генерал Моримото неохотно согласился:

— Хорошо. Мы начнем усиленную воздушную и агентурную разведку немедленно. Проведем разведку боем малыми силами, чтобы оценить обороноспособность противника.

— Разумно, — кивнул Исихара. — И еще одно. Политический аспект ситуации. Нам необходимо формально протестовать против нарушения наших интересов, но делать это через дипломатические каналы. Пусть русские объясняют мировому сообществу свое присутствие в Маньчжурии.

— А если они просто отрекутся от прямого участия? — спросил Хирата. — Скажут, что это действия китайских патриотов?

— Тогда мы получим пропагандистское преимущество, — тонко улыбнулся Исихара. — Сможем представить ситуацию как китайский бандитизм, требующий усиления нашего военного присутствия для защиты порядка и цивилизации.

Генерал Кумагаи не выглядел убежденным:

— Все это дипломатические игры! А честь Императорской армии требует возмездия!

— Честь Императорской армии, — холодно ответил Исихара, — требует победы, а не бессмысленных жертв. Мы вернем Дацин, но сделаем это правильно. Тщательно подготовившись.

Он обвел взглядом присутствующих:

— Ситуация серьезная, но не критическая. Мы должны действовать расчетливо, а не эмоционально. Тогда победа будет за нами.

После завершения совещания Исихара отозвал Моримото и Хирату в отдельный кабинет. Когда дверь закрылась, его официальный тон сменился более доверительным.