Примерно такой же точки зрения придерживается и мой генерал. Только смотрит он куда глубже, чем я.

— Я благодарен Италии и лично Дуче за то, что он предоставил нам возможность мстить тем, кто стоял за уничтожением Германии. И я готов временно мириться с тем, что мы сражаемся не с поляками, а с французами и англичанами. Но Дуче не рассчитал сил Италии, ввязавшись в эту войну в одиночку. Итальянцев от поражения могли бы спасти союз с большевиками и наличие общей границы с ними. Но второго Италии не дано в силу географического положения, а на первое не пойдут ни коммунисты во главе со Сталиным, ни фашисты во главе с Муссолини. Поэтому, Ульрих, мы обречены на новое поражение. И после этого нам придётся искать новые возможности борьбы за возрождение Германии. Подумай о том, что это может быть, мой друг.

Что это может быть? Стран, воюющих или хотя бы находящихся в состоянии войны с Польшей совсем немного. Не считая России, это Италия, которая, как считает генерал, обречена на поражение, Португалия с её ничтожными возможностями и две дикие азиатские территории, которые не сразу найдёшь на карте мира — Монголия и какая-то Тува. Ах, да! Хорватия, недавно объявившая о независимости от Югославии. Но и она держится, исключительно благодаря итальянской помощи, и совершенно неясно, долго ли протянет после того, как Италию вынудят капитулировать.

Что же остаётся? Возвращаться в Австрию, частью которой стали южногерманские земли, а оттуда — на оккупированную поляками территорию Фатерлянда, чтобы вести там партизанскую войну?

31

Полковник Станислав Копаньский, 29 мая 1941 года

Так как я родился в Санкт Петербурге, закончил Михайловское артиллерийское училище и даже успел повоевать за Российскую Империю в Великой войне, мне хорошо известно русское выражение «артиллерия — бог войны». И если говорить о тяжёлой и сверхмощной артиллерии, то это просто бесспорно, поскольку мощь этого вида вооружений действительно сравнима с божественной. Жаль, руководство Войска Польского долгое время этого не понимало. Вплоть до начала городских боёв за Берлин, для уничтожения баррикад и опорных пунктов в каменных домах пришлось стягивать тяжёлые орудия едва ли не со всей Речи Посполитой.

К счастью, выводы из этой ситуации и маршал Рыдз-Смиглы, и Генеральный Штаб сделали правильные. И уже в последние дни 1939 тяжёлая артиллерия начала формироваться как отдельный род войск. Делалось это, конечно, поспешно, однако до начала войны с большевиками удалось не только сформировать отдельные батареи, дивизионы и даже целые тяжёлые сверхтяжёлые полки, но и добиться от их личного состава неплохих результатов в боевой подготовке.

Возглавил род войск дивизионный генерал Эмиль Крукович-Пшеджимирский, начинавший военную службу офицером артиллерии ещё в австро-венгерской армии. К сожалению, я не успел дослужиться даже до бригадного генерала, иначе бы это была моя должность, учитывая моё образование и опыт: четыре года преподавания баллистики в должности заместителя начальника офицерской артиллерийской школы в Торуне, два года обучения Высшей военной школе в Париже, служба в 3-м отделе (оперативном) Генерального штаба, командование сначала батальоном 6-го полка тяжёлой артиллерии, расквартированного во Львове, а потом 1-м моторизованным артиллерийским полком в Стрые. А на нынешнюю должность я попал в январе 1940 года по личному приказу пана маршала с должности начальника 3-го отдела Генштаба.

Да, Речи Посполитой потребовались артиллерийские командиры моего уровня, чтобы подготовиться к войне с коммунистами. Ведь планом «Восток» предусматривается прорыв линии русских укреплённых районов, настоящей крепости из несчётного количества бетонных ДОТов, протянувшихся от Санкт-Петербурга до Чёрного моря. Её ещё называют «Линией Сталина», а большевики считают её неприступной. Может быть, и неприступной, если её штурмовать в лоб волнами пехоты. Но этого никто делать не собирается. Именно для прорыва сформированы три полка сверхтяжёлой осадной артиллерии, задача которой — разрушить эти ДОТы, чтобы позволить частям Войска Польского прорваться через «Линию Сталина», а потом захватить укрепления с тыла.

В отличие от империй недавнего прошлого, Польша ещё не успела в достаточной мере развить собственное производство орудий большой мощности, поэтому для формирования данных полков пришлось воспользоваться тем, что нам досталось в наследство от Австро-Венгрии и Германской империи. А дополнять трофеями и купленными орудиями. Но, на мой взгляд, получился мощный артиллерийский кулак, которому по силам любая укреплённая линия.

Речь идёт не о пушках и гаубицах калибров от 149 до 155 миллиметров, относящихся к орудиям поддержки армейских групп. Минимальный калибр осадных орудий, которым поставили задачу разрушения русских бетонных укреплений, 210 миллиметров. Каждый из полков получил по одной пушке такого калибра, произведённых фирмой «Шкода», позволяющими раз в минуту посылать снаряд, массой 135 килограммов, на дальность почти 30 километров. По пятиорудийной батарее 211-мм гаубиц чешского же производства, разработанных в годы Великой войны, получил каждый полк. Пусть у них и намного меньше дальность стрельбы (всего около 16,5 километров), но за счёт более крутой траектории полёта бетонобойных снарядов они более эффективны именно в разрушении бетонных укреплений. Аналогичные по калибру и мощности немецкие орудия свели в батареи береговой обороны. Их прекрасно дополняют по две купленные во Франции 220-мм мортиры компании «Шнайдер», также выпускавшиеся с 1916 года, и по четыре пушки такого же калибра и того же производителя, но образца 1917 года.

Калибр 240 миллиметров представляют французские Canon de 240 L mle 84/17 St. Diamond и «шкодовские» и трофейные крупповские (всего по три в полку) пушки. Как и более мощные — 279 мм (по два французских орудия) и 283 мм (по три чешских орудия).

Но самая мощная, воистину ударная сила наших осадных полков, состоит из орудий, калибром 305, 356 и 420 миллиметров. Это не просто боги войны, а самые настоящие громовержцы. Если русскую гаубицу Б-4 калибром 203 миллиметра наши союзники финны во время прорыва «Линии Маннергейма» называли «сталинским скульптором» из-за того, в какие замысловатые руины превращали они долговременные укрепления на ней, то можете представить, что происходит при попадании снаряда, весом 290, 575 и 1020 килограммов. Правда, метать последние в состоянии всего два орудия, имеющихся в Войске Польском. Одно доставшееся от Чехословакии, а второе — каким-то чудом не уничтоженное немцами после подписания Версальского мирного договора. Сейчас приходится только сожалеть, что наши извечные враги не смогли спрятать от Победителей ещё хотя бы пару мортир, имеющих имя «Гамма».

Да, орудия монструозные. Например, для транспортировки стасорокатонной «Гаммы» требуется двадцать три железнодорожных вагонов, а устанавливать её требуется на специально созданную бетонную площадку. Но когда она начинает стрелять (один выстрел в восемь минут), то у врага это вызывает ужас. Мало того, что взрыв снаряда разрушает десятки метров траншей, так ещё и контузит и убивает гарнизоны ДОТов, даже если не удалось точно попасть в это оборонительное укрепление.

Один из осадных артполков придали генералу Соснковскому для прорыва Полоцкого Укрепрайона большевиков, а по одному — для уничтожения бетонных укреплений Новоград-Волынского и Летичевского Укрепрайонов, закрывающих нам путь на Киев. Как сообщают из Белоруссии, успехи у подчинённых Соснковского не очень велики. Причины — именно в характере местности: леса, болота, создающие огромные трудности в доставке огромных, очень тяжёлых орудий и боеприпасов к ним.