Поскольку все знали об успешной деятельности Гарри в Чикаго, никто на Нижнем Бродвее не удивился, когда он был переведен в головной офис. Брови, однако, взлетели вверх в тот день, когда Роза Джефферсон назначила его главным менеджером по продаже с зарплатой, какую имели только ее наиболее важные должностные лица.

За пределы Нижнего Бродвея поползли слухи. С тех пор как Роза и Гарри часто стали появляться вместе, в прессе появились намеки на их романтические взаимоотношения. Тот факт, что Роза ничего не делала, чтобы пресечь слухи, делал их только более пикантными.

Как понял Гарри, пресса может писать, что хочет. Он остался оплеванным Нью-Йорком. Вступив в Великий город, он понял, что это судьбой ему предначертано. Куда бы ни посмотрел Гарри, он видел сырой материал, который он мог бы превратить в золото, и с помощью Розы Джефферсон колесо его судьбы уже завертелось.

– Первое, что тебе нужно – это гардероб, – заявила Роза, заглянув в его стенной шкаф в «Уолдорфе», который ради благопристойности, был его официальным адресом.

Две недели и тысяча долларов, и Гарри смог щеголять в лучшем из них. Следующей в списке приобретений была машина.

– Не надо ничего вызывающего, – советовала Роза. – Может быть, «Ягуар»?..

Наконец встал вопрос о доме.

– Всегда лучше иметь что-нибудь скромное, но по хорошему адресу, чем апартаменты неизвестно где.

Когда Гарри посмотрел на цены «чего-нибудь скромного», он был шокирован.

– Если так тратить деньги, я разорюсь к Рождеству, – выразил он недовольство.

Роза засмеялась.

– Не будь глупеньким! Собственность лучшее вложение капитала.

С этим Гарри спорить не мог и подписал документ на покупку квартиры на Парк-авеню.

– Так, – сказала ему Роза через свой стол в Делмонико, – теперь я могу прийти к тебе в любое время, не беспокоясь о том, что думает менеджер в «Уолдорфе».

– Роза, менеджер в «Уолдорфе» не подумает ничего, пока ты не дала ему на это разрешение, – сдержанно сказал Гарри.

Роза улыбнулась. Гарри не осознавал, что он был почти в таком же положении. Роза направляла его расходы, траты денег, которые он еще не имел и мог заработать только одним путем: делал то, что она хотела.

По прибытии в Лондон Мишель и Франклин направились в большую городскую квартиру в Беркли-сквер, принадлежащую другу Франклина, который в данное время уехал куда-то на Восток.

Что касается Мишель, это было для нее любовью с первого взгляда. История Беркли-сквер восходила к 1739 году, когда площадь была частью сада Беркли-хауз. Красивые платановые деревья, соловьиные трели, а через месяц здесь открывался ежегодный бал под звездами. Здесь был «Охотничий домик» под номером 50 и дом одной дверью ниже, который временно занимали Клементина Черчилль и ее сын, Уинстон.

Слуги в квартире тоже понравились ей. Хастингс, старший лакей, был весел и корректен. Повариха немедленно хотела узнать, есть ли у новых хозяина и хозяйки любимые блюда. Обслуживали здесь быстро и хорошо. Хотя Мишель жаждала привнести что-то личное в их новый дом, еще больше ей хотелось рассеять тревогу, которая повисла над ней и Франклином. Через три дня после их прибытия она повела мужа на Харли-стрит.

– Извините, миссис Джефферсон, но я не могу сказать вам, что с вашим мужем. Отчет о его последнем обследовании, присланный доктором Харрисом, только подтверждает результаты моего собственного исследования. Мистер Джефферсон, кажется, совершенно здоров.

Мишель мрачно рассматривала врача. Сэр Деннис Притчард имел вид актера, пользующегося успехом у женщин; зачесанные назад черные волосы с проседью на писках, массивная челюсть и сверкающие голубые глаза. По специальности он был хирург, специалист по мозговым травмам, член научного общества Королевского колледжа хирургов. Его отрывистый деловой тон отталкивал некоторых пациентов, но Мишель нашла его профессиональным и убедительным. Она чувствовала доверие к сэру Деннису, который не станет ничего приукрашивать.

– То, что случилось с моим мужем на борту «Нептуна» – не образец поведения здорового человека, – сказала Мишель. Из комнаты, примыкающей к кабинету Денниса доносилось мурлыканье одевающегося Франклина.

– Я ценю вашу заботу, – ответил доктор. – Я читал доклад корабельного врача. Ясно, что ваш муж страдает какого-то рода дисфункцией. Но мы не знаем причины.

– Очевидно, это его ранение, – сказала Мишель. Сэр Деннис потряс головой.

– Не обязательно, тут может быть дюжина других объяснений этих симптомов. Я не хочу волновать зря, но мы не можем исключить возможность опухоли мозга.