А на следующий день стало ещё веселее. Мы не успели даже завтрак приготовить. Ким заметил, что горизонт размывается, а потом как гора ползет в нашу сторону. Песчаная буря! Дыхание перехватило, сердце сжалось в комок и упало в пятки. Буря может быть смертельна даже для подготовленных путников, если им не повезет. Надеюсь, мы к ним не относимся. Бывает, до нескольких дней пережидать приходится. Даже до города они доходят. Хорошо, у нас животных не было. Было бы очень сложно их сохранить живыми. Мы лихо сняли парус и мачту. Положили на корпус лодки мачту, сверху накрыли все это парусом. Сами забрались в ту часть, где палатка и поверх нее накинут парус.

Получилась большая полость с палаткой внутри. И все это менее, чем за пять минут. Мужчины вылезли и укрепляли парус сверху, чтобы не сдуло и песок не проникал. Залезли обратно уже когда буря дошла до нас, стонала и лупила по стенам. Я все понимала, помогала готовиться к неизбежному, но стоило оказаться в палатке и закрыться внутр, и меня начало бросать в дрожь и накрывать паника. Казалось сейчас ткань не выдержит, и мы будем погребены под песком. Я хорошо знала, как выглядит смерть от песчаной бури. Мама изучала таких бедолаг и отчитывалась хозяину. Он одно время надеялся, что, изучив то, как люди умирали, он с артефакторами сможет придумать артефакт и уменьшить, а может даже избежать смертности…

Планировалось, что артефакт сможет позволить людям не теряться в бурю и таким образом продолжать движение. Но после отчёта мамы понял, что это все путь в никуда. Если люди оставались вне укрытия, то песок попадал в глаза, даже через ткань пробирался в дыхательные пути, а оттуда в легкие. Оттого люди и умирали, а потом уже их погребало под песком. Мама находила прилично песка в легких. Это пугало до одури. Стоит порваться ткани и процесс уже необратим. Какое-то количество песка останется и повторную бурю переживёт ли, если выживет в эту? Ребятам тоже не сильно приятно было, но сидели спокойно. А что переживать, мол, вода есть, еда есть, переждем, успокаивали они меня. А я не могла успокоиться. Я говорить ничего не стала. Только паники нам не хватало. Так что сидела и боролась с собственными демонами.

Я села, зажмурила глаза, закрыла уши руками и покачивалась из стороны в сторону, пытаясь взять себя в руки. Чуть напевала, пытаясь не слышать бурю. В итоге Колин не выдержал, обнял меня и стал размеренно поглаживать по моей спине. Сперва я так и сидела как истукан, но в итоге чуть расслабилась, почувствовав тепло чужого тела. Вцепилась в его спину руками как кошка и, прижавшись сильнее, обняла руками торс. Почти перебравшись на него сверху, слушала как размеренно и уверенно бьется его сердце. Так спокойно, как будто все это он пережил уже ни раз и знает, что все будет хорошо. Это медленно пробило брешь в моей панике, и я стала успокаиваться.

В песчаной ловушке мы просидели ещё дня два. Все это время спать Я не могла. Казалось, закроешь глаза и больше не проснешься. Мужчины меня успокаивали, но я просто не могла. Впрочем, со сном у них тоже были проблемы. Постоянный шум раздражал и мешал заснуть. Так что спали они недолго. Выть перестало только к обеду, хотя мы этого не поняли. Нас замело целиком. Пришлось откапываться, чтобы выбраться наружу.

Когда мы выбрались, оказались внутри небольшого бархана, что накрыл всю лодку и простирался дальше. Колин быстро расчистил лодку, но двинулись мы только на следующий день. Мы были слишком измотаны чтобы двигаться дальше. Мы отъедались и отсыпались.

Что странно, бурь было ещё две после этого и последняя длилась три дня. Выбирались мы из нее не в пример дольше. Колину пришлось даже магичить, укрепляя наше укрытие, так как песка было слишком много, и он был слишком тяжелый. Да и отверстие, для того чтобы дышать нужно было. Ему пришлось его поддерживать в рабочем состоянии почти сутки. Выбравшись (когда я выбралась), (то) меня очень беспокоил тот момент, что такие частые песчаные бури в природе не бывают. Во всяком случае я о таком не слышала. О чем я и сказала ребятам. Колин ответил, что почувствовал в этом чужое магическое влияние. Бурю поднимает и гонит ветер. Природа. Тут же не было этого. Бурю двигал песок, а не ветер. Видимо кто-то наслал их на нас. Он почувствовал это ещё первый раз, но понадеялся, что это не за нами, так как сила повелевать песком есть только у правящей семьи. А где мы и где правящая семья? Что такого в этом деле, что задействованы такие силы? Это казалось неоправданным. Но последующие бури не оставили сомнений. И да, он мог бы их успокоить сразу. Во всяком случае попытаться. Но тот, кто сотворил их бы об этом узнал, а этого нам не нужно было. Поэтому мы терпели и прятались.

Колин решил, что пора по возможности быстрее выбираться с вражеской территории, поскольку бури могли быть и дольше под влиянием магии. Да и наслать что-то пострашнее бури тоже маг мог. Нам повезло в том, что маг был далеко от нас, и возможности работать в полную силу у него не было. Плюс, видимо, точный маршрут он не знал. Поэтому и насылал заклинания, охватывающие большие территории.

Теперь мы гнали со скоростью на грани, и я только и делала, что заполняла камни. Ограничители Колин с меня снял все. Получалось по камню в день, иногда даже по два.

Сам же Колин, такое ощущение, что и не спал вовсе. Он гнал с раннего утра и до позднего вечера, прерываясь только на быстрый прием пищи и все. Спал ли он вообще, мы не поняли. Когда на рассвете мы с Кимом просыпались, лодка уже неслась по барханам, подскакивая. Когда мы ложились спать, она ещё и не думала останавливаться. Про природный ветер Колин казался, забыл. До этого часть пути совпадала с попутным ветром. Сейчас он гнал, не обращая ни на что внимания.

До оазиса мы добрались ещё за 6 дней. Колин был серый и измотанный. Мы, спустившись с лодки и стоять не могли. Свалились там, где стояли. Нас шатало, как пьяных от постоянной качки, перед глазами все плыло и желудок бунтовал.