Отряд понемногу возвращался к жизни, бойцы скучковались возле десятников, оружие разобрали. Через полчаса все построились перед капитаном и слушали инструктаж.

— Бойцы, задача сложная. На стенах бейтесь до последнего, нас никто не защитит, кроме нас самих…

Влас плохо слушал инструктаж после этих слов. Видимо, капитан получил свежие данные, раз прозвучала фраза «нас никто не защитит, кроме нас самих». Все проверенные бойцы знали, что это означает — надо создавать видимость боя, но при этом стараться саботировать процесс. Если придётся драться вместе с Высшим — а в этой миссии так и предполагалось, — то пусть он и делает всю грязную работу. А Черви будут получать всего лишь лёгкие травмы и отступать. Влас был согласен, что в этой миссии такой подход наиболее оптимален, он не знал, куда их забросили, но был уверен, что те, с кем предстоит сражаться, врагами не были. Тогда зачем стараться? Пусть Высший сам зачищает себе дорогу, а Черви ему, конечно, помогут, но без огонька и задора.

Отряд бодро зашагал к крепости. Дышалось тяжело. Бойцы с Апгрейдом начали подшучивать над остальными. Капитан, заметив, что скорость отряда неуклонно падает, перераспределил груз. Теперь бойцы с Апгрейдом шутили меньше, но обиднее. В итоге дорога заняла не менее пяти часов. Последний час шли уже по голым камням. Всё время отряд двигался вверх. Стало значительно прохладнее, чем внизу, но на марше никто не мёрз. Высший всё время двигался впереди лёгким шагом и не выказывал никах признаков усталости. Злоба, язвительность, мелкая мстительность, ненависть, садизм — этого в Высших было с избытком, а вот слабости и усталости — этого, к сожалению, не наблюдалось.

Отряд остановился на привал, и капитан собрал десятников.

— Сейчас по этой тропинке обойдём гору. За ней сразу крепость. Штурмовые лестницы там, — капитан махнул рукой, и Влас, проследив глазами за жестом, увидел сложенные возле большого камня лестницы. — Первые два десятка несут лестницы и ставят их на стены, удерживают и не дают сбросить, все остальные залетают по ним на верх и работают с защитниками. Как только крепость появляется в поле зрения, мы должны ускориться и максимально быстро преодолеть открытое пространство. Нас заметят и поднимут тревогу, но там не больше ста метров, вряд ли они успеют все силы бросить на место нашей атаки. Влас, Купидон, вы идёте первыми. Остальные за вами. Влас, Высший идёт с твоим десятком. Вопросы? Вопросов нет.

Вопросы были, но времени их задавать не было. Высший играл в игру и с трудом ждал, пока солдаты с марша подготовятся к бою. Ему было плевать, что даже просто взгляд на крепость помог бы бойцам сориентироваться, он не хотел рисковать и позволять себя обнаруживать. Отряд не знал ни высоту стен крепости, ни количества защитников, ни… Не знал ничего. Теоретически, за поворотом мог быть город размером с Тару и многотысячным гарнизоном, но выбора у отряда не было. Они будут атаковать то, что увидят.

Примерно так и объяснил сложившуюся ситуацию Влас своему десятку, в котором были в основном новички, так как Влас не имел права командовать бойцами с Апгрейдом, который прошли большинство ветеранов отряда. Десяток Купидона был полностью из усиленных бойцов, поэтому не вызывало сомнений, кто на самом деле первым попадёт на стены. Это немного утешало, но совсем немного.

— И не надо делать такие мрачные лица. Мы — Дождевые Черви, нам вообще лица не положены! Что нам положено?!

— Выжить! — дружно ответил десяток.

— Достать оружие, выдвигаемся.

За поворотом обнаружилось пустое каменное плато. Примерно в ста метрах впереди стояла небольшая крепость. Никакого рва вокруг неё не было, стены не выше четырёх метров, из построек за стенами виднелась толстая и высокая башня и какой-то игрушечный замок. Размер башни явно не соответствовал размерам крепости. Она была едва ли не выше самого высокого здания в Таре. А замок едва дотягивал до такого звания. Скорее красивый большой дом в определённом архитектурном стиле, похожий на замок. Эта информация была воспринята и тут же забыта. Все внимание несущегося к стенам Власа переключилось на стены. И только необходимость держать дыхание удержала его от печального вздоха.

На стенах их ждали.

Сто десять человек — мгновенно подсчитал Влас. Навык за долю секунды определять численность группы людей выработался у него уже давно.

Бежать осталось пять секунд. За это время Влас понял много вещей, и самым важным пониманием было то, что их отряд перестанет существовать. Кто-то выживет, но не менее семидесяти процентов отряда будет убито. После таких потерь будет бессмысленно восстанавливать отряд. Дождевые черви не регенерируют после таких потерь. Червя можно разрезать, тогда он отрастит себя снова, но тут отряду предстояло быть растоптанным. И неважно, что они формально победят. Отсюда можно было сделать много выводов и о предстоящем бое, и о предательстве капитана, и о Высшем, но Влас уже не успевал сделать никаких выводов.

Начался бой. Первое, что пришлось делать заскочившему на ступеньку штурмовой лестницы Власу, это подхватить падающего на него бойца из десятка Купидона. Влас чудом удержался на лестнице, а лестница чудом удержала на своей ступеньке Власа и более массивного бойца.

Боец прорычал что-то одобрительное и резко рванул наверх. Влас поскакал по лестнице за ним.

Защитники особо не старались сбросить нападающих со стены, наоборот давали им заскочить на неожиданно широкую стену и уже там устраивали бой. То ли были уверены в своих боевых навыках, то ли, наоборот, не были уверены, что смогут отражать атаку со стен. И это было худшим вариантом развития событий. Бойцы могли бы имитировать захват стен, снова и снова атакуя «неприступные» стены и ссыпаясь вниз, но тут им никак не препятствовали, предлагая бой стенка на стенку — самый кровавый вариант развития событий.