Дверь распахнулась. Лорд Лукас стоял на пороге, а увидев Дженни, тут же втянул её в комнату и захлопнул дверь.

— Что случилось?

Она прислонилась к двери спиной, стараясь отдышаться.

— Дженнифер, за вами гнались волки?

Она покачала головой.

— Хуже. Хуже!

И Дженни протянула ему исписанный лист.

Лорд Лукас изучал его достаточно долго. Лицо его стало совершенно непроницаемым. Он отошёл от двери к столу, на котором горели свечи, сел на стул. Дженнифер последовала за ним и тоже села.

— Что нам делать? — спросила она, когда он закончил читать.

Лорд Лукас повернул к ней голову.

— Ничего. План остаётся тем же. Если отец приедет, то мы просто уйдём ночью. Ему не удастся меня удержать. Но сейчас я должен доработать систему фиксажа. Я сегодня весь вечер, с тех пор как вы ушли, думал над тем, что в формуле нужно что-то изменить. И, знаете, я кое-что должен проверить.

— Вы так спокойны? — Дженни вцепилась ему в руку, — давайте уедем завтра!

— Если вы так спешите, то можно и завтра, — он пожал плечами, — но я бы не спешил. Отец все равно не поверил старому брехуну, и даже если и приедет, мне он поверит больше, чем гувернеру. Думаю, он уволит этого человека, который тут задержался только из милости, потому что, как вы понимаете, я в наставниках давно не нуждаюсь.

Дженни сдалась.

— Хорошо. Только пообещайте, что не будете откладывать отъезд и дальше!

Он взглянул на неё и заулыбался, вселяя надежду.

— Конечно же нет, Дженнифер. Я знаю, что вы переживаете, дорогая моя. Но, поверьте мне, я хорошо знаю отца. Сейчас очень важно окончательно доработать систему, потому что больше нигде не будет такой хорошей лаборатории и таких удобных условий, пока я не найду приличное жилье и не оборудую все заново. А когда это случится, вы же понимаете, неизвестно. Дайте мне время. Дайте три дня. Я уверен, что за три дня ничего не произойдет.

Дженни кивнула.

— Вы обещали, что он не женится на мне. Вы не позволите, — прошептала она, сжимая дрожащие руки, — и я верю вашему слову!

Граф Вортон приехал к вечеру через день. Дженнифер сидела в лаборатории лорда Лукаса вместе с сэром Алексом, когда замок вдруг ожил, зажжужал, словно улей, всколыхнулся. Слуги забегали по коридорам, и даже в лабораторию вошёл лакей, принесший важные новости.

— Милорд, ваш отец прибыл в замок!

Лорд Лукас даже не повернул головы. Дженнифер сжалась в комочек, испугавшись так, что её кинуло в холодный пот. Сэр Алекс подскочил, и единственный поспешил за лакеем вниз, встречать графа.

— Лукас, — прошептала Дженнифер, окончательно впадая в панику и не скрывая этого, — Лукас, я боюсь!

Он поднял на неё глаза, оторвавшись от перемешивания химикатов в пробирке.

— Нечего бояться. Мой отец страшен только внешне. Он много шумит и много угрожает. Не переживайте. Уедем, как только получится.

Спокойный тон лорда Лукаса заставил Дженнифер немного прийти в себя.

— Как вы можете быть так спокойны? — спросила она, — или вы… вы передумали? Вы хотите… стать мне сыном?

— Это вы хотите испортить мне эксперимент! — Лукас поставил пробирку и обернулся к ней, — зачем говорить под руку? Что такого в приезде отца? Это мой отец, я знаю его всю жизнь. Пошумит и успокоится.

— Он успокоится, женившись на мне! — воскликнула она.

Лорд Лукас вздохнул.

— Дженнифер, я и не знал, что вы можете быть настолько навязчивой. Обычно вы помогали мне, но сейчас вы хуже сэра Алекса! Я обещал, что не позволю этому случиться. Пусть шумит. Я близок к завершению открытия и не позволю мне мешать! Только закончив дело, можно уехать, и не скитаться по чужим лабораториям, а сразу же объявить об открытии!

Дженни закрыла лицо руками.

— Вы думаете о своём искусстве, когда мне грозит опасность! — всхлипнула она.

Наконец, поняв, что Дженнифер на грани срыва, он смягчился и обнял ее одной рукой, другой встряхивая пробирку.

— Вы надумали себе слишком много лишнего, дорогая моя, — сказал он, целуя её в щеку, — нет никакой опасности. Отец пошумит, потом успокоится, прикажет вам готовиться к свадьбе. Мы с ним поругаемся пару дней, я как раз закончу то, что необходимо. В ту же ночь мы уедем. Вот и все. Поженимся где-нибудь в Шотландии, мне не нужно его благословения, я совершеннолетний.

— В Шотландии…

Она снова всхлипнула, положив голову ему на плечо.

— Я вам верю. Но… но я очень боюсь.

…

— Лукас!

Голос графа Вортон заставил их вздрогнуть. Граф забарабанил в дверь, и лорд Лукас с раздражением оторвался от созерцания процесса проявления фотографии. Это было похоже на волшебство. В ванночку с химикатами они клали совершенно белый лист бумаги, и уже там, в растворе, можно было видеть, как на бумаге появлялось изображение.

— Лукас, открой!