Правая нога не давала покоя. В душе заметил, как колено слегка опухло, а каждый шаг отдавал резкой болью. Связки, наверное, потянул. Или, хуже, с чашечкой что-то не так. Ладно, к врачу зайду… когда-нибудь. Пока что обхожусь обезболивающим – помогает, но ненадолго.

Перед зеркалом в ванной тоже пришлось задержаться. Сегодня я должен был выглядеть как типичный студент. Контактные линзы оставил на полочке у раковины, вместо них надел старые очки в тонкой оправе. Вроде бы мелочь, а сразу другой образ – прямо студент медучилища. В голове всплыл кадр из «Брата-2», где Данила невозмутимо произносит: «Ай эм стьюдент, медицинский факультет».

Эта мысль, кажется, и подтолкнула меня залезть на верхнюю полку шкафа. Там, в самом углу, пылился зимний свитер – коричневый, грубая шерсть, высокий воротник. Точно такой же, как у Данилы в фильме. Надел его, и почему-то стало спокойно: сойду за своего, хоть в СССР, хоть где. Пиджак пришлось оставить, он явно не подходил. Брюки – те же, других все равно не было.

Пальто выбрал с осторожностью. То старое, советское, пришлось исключить: слишком примелькалось… Не хватало еще, чтобы кто-нибудь из милиции меня в нем вспомнил. Пришлось надеть свое обычное, немного пижонское. Хоть и не то, что нужно, но сойдет.

Было неспокойно после вчерашней погони. Заявляться снова в СССР – рискованно. Искать меня могли, и наверняка уже ищут. Вчера, когда разбил окно в котельной, вполне мог нарваться на хулиганку. Наверное, дело уже шьют. Поэтому пальто надел другое, чтобы не привлекать лишнего внимания. А вот черная шапка… она была проблемой. Я понимал, что засветился с ней, и при любой возможности буду снимать и прятать в карман.

Но все же – искать меня, думаю, особенно сильно не будут. Не до того им. У милиции своих дел хватает. Да и лицо мое они вряд ли хорошо разглядели: темно было, все на бегу. Максимум, заведут дело, передадут участковому. А тот начнет свою рутину – по участку пройдется, в магазины заглянет, продавщиц поспрашивает. Те, может, и скажут, что видел кого-то похожего, но на этом все и закончится. Их слова ко мне ниточкой не привяжутся, а я и не дам повода. В том районе больше не появлюсь.

Сегодня, например, специально пошел в город другой дорогой. Окольный путь, конечно, но зато надежнее. Шанс нарваться на милицию сегодня – минимальный. Надо только быть аккуратным.

А вот жена вчера устроила опять скандал…

– Здравствуй, – раздался голос Ани. Она выдернула меня из мыслей.

– Привет, – ответил я.

– Не знала, что ты носишь очки…

– Я для маскировки. Выучила?

Аня пожала плечами и вздохнула.

– Нет.

– Не страшно. Я помогу. У меня все готово. Ты только мне учебник дай, чтобы ответы искать.

Она достала из сумки учебник по латыни, неуверенно протянула мне.

– Ты… ты точно уверен?

– В чем?

– Что все получится?

– Уверен, – кивнул я. Затем опустил руку в карман и достал наушник. – Это наушник. Вставь его в ухо. Будешь меня слышать. Кстати, и говорить со мной тоже сможешь.

Аня поместила наушник на ладони и стала его пристально рассматривать.

– Никогда ничего подобного не видела… – проговорила она. – Откуда это?

– У дяди попросил. Он ученый. Такие наушники делают для… космонавтов, – нагло соврал я.

– Постой… а как он будет работать? У него же даже провода нет?

– Провод и не нужен… там, в космосе, то есть на космической станции, чем меньше проводов, тем лучше.

Она вставила в ухо наушник не той стороной. Я усмехнулся, убрал ее волосы за ухо и поправил его.

– Вот так будет лучше. Только прикрывай его волосами.

Кивнула. И тут же сделала так, как я сказал.

– Ну, так что, готова? – спросил я.

Аня, слегка помедлив, снова кивнула, на этот раз менее уверенно.

Мы направились в училище. Сначала гардероб. Сдали верхнюю одежду. Дальше двинулись по коридору, бесконечной ленте, ведущей в неизвестность. Стены, словно страницы старой книги, хранили в себе бесчисленное множество историй. Студенты скользили между рядами дверей, их лица выражали смесь тревоги и надежды.

Аня остановилась, указав на одну из дверей.

– Наша аудитория.

Ее одногруппники, молодые люди, полные энергии и нетерпения, уже собрались там. Я заметил, как румянец вспыхнул на ее щеках.

– А ты где будешь? – спросила она.

До меня дошло, что это был за румянец. Аня не хотела, чтобы я был рядом. Будут ли у одногруппниц к ней вопросы, кто я? Конечно!

– Буду где-то рядом, – ответил я. – Давай так: ты иди к аудитории, а я тут осмотрюсь. Как все будет готово, выйду на связь.

Она кивнула и пошла к аудитории. А я окинул ее взглядом с ног до головы: теплые колготки, черная юбка до колен, белая блузка, кожанные сапожки. На миг засмотрелся. Было на что.

Я осмотрелся. Вариантов, где расположиться – чертовски мало. Можно в коридоре – сесть на лавочку, рацию в руки, учебник на колени. Но это слишком рискованно. Рацию могут заметить. Улица? Около окна аудитории? Вариант получше. Но холодно. Судя по всему, только он и остается. Я прошел вперед, мимо Ани, даже не глянул в ее сторону. Через одну дверь наткнулся на туалет. Мужской. Это был хороший вариант. К аудитории близко, тепло, и не так много студентов. Прикрыв за собой дверь, я оказался в небольшом помещении. Здесь было что-то вроде кабинок, только без дверей. Я вошел в самую дальнюю и с сомнением посмотрел на унитаз. Хотел сесть сверху, но у него не было крышки. Голая керамика.