– И давно ты стал таким непрошибаемым, Кудряшка?

Упоминание детского прозвища, которым его называла только Лиля, мгновенно стирает с Мишиного лица улыбку. Кир замечает как тяжелеет его взгляд и уже собирается вмешаться, но друг справляется сам.

– Давай, Владик, выдавай всё, что хочешь сказать, а то я же вижу, как тебе не терпится. Про Лилю снова что-то скажешь? Про меня самого? Про мои отношения? Ну, давай, еб*шь и не трать ни своё, ни наше время.

– Не горячись так, дорогой. Я же просто хочу передать тебе привет.

– Тоже от Ромки?

– Думаю, его больше интересует Алёна, чем ты, - ржет Влад и едва не опрокидывает на себя пиво.
– На самом деле от Дениса, но если тебе неинтересно, то…

– Стой, что? Вы общаетесь?

Романов напряженно выпрямляется, хмурясь, и его смену настроения, кажется, замечает даже Алёнка, глаза которой бегло пробегаются по лицу одногруппника и останавливаются на заходивших на скулах желваках.

– Конечно. Переписываемся, созваниваемся, он недавно приезжал ко мне на концерт.

– Куда-куда приезжал?

– Миш, у тебя со слухом что-то?
– довольный полученной реакцией вопросом на вопрос отвечает Пахомов.
– Сюда приезжал. Сидел на том же самом месте, где и ты сейчас. Подожди, неужели, ты об этом не знал?
– наигранно удивляется парень.

Авдеев, устав наблюдать за этим спектаклем, тяжело поднимается на ноги и нависает над Владом, но Миша останавливает его, резко подняв ладонь. У друга на лице равнодушная маска, словно не он несколько минут назад улыбался во весь рот и беседовал с Отрадной о пустяках, пока Кир в это время не мог и слова вымолвить. Лишь только в голубых глазах клубится злость яркими всполохами негодования и разочарования. От этой злости у Миши опускаются уголки губ и требуется время, чтобы осознать смысл прозвучавших слов, чтобы увериться в сделанных ранее выводах и понять окончательно, что он, бл*ть, не нужен собственному брату.

Несколько секунд оглушительного молчания и Романов сухо произносит:

– Тогда и от меня передавай ему привет, раз вы так тесно общаетесь.

Миша поднимается с места, не смотря ни на кого и не обращая внимания на то, как противно скрипят ножки стула по полу, раздражая слух.

– Пойду покурю, - бросает на ходу и стремительно направляется к выходу из бара.

– Я что-то не то сказал?
– невинно интересуется Пахомов, закидывая в рот горсть жареного арахиса.

Вместо ответа Авдеев хладнокровно прикладывает его головой о стол, краем глаза замечая испуганные визги на фоне и обращённые к ним взгляды.

– О, Боже, Кир, что ты делаешь?!
– тут же подрывается Отрадная и обхватывает его за локоть, прижимаясь всем телом.

Он слышит в её голосе панику со страхом и это единственное, что его останавливает. Даже, когда внутри всё печёт, горит от гнева и подстрекает закончить начатое. Даже, когда Влад стонет от боли и громко матерится, прижав руки к окровавленному лицу.

– Му*ила! Да я тебя, бл*ть, урою! Да ты…

– Закройся, - наклонившись к нему, выплевывает парень.
– И скажи спасибо ей, - коротко кивает в сторону, всё ещё удерживающей его, девушки.
– Иначе одним разбитым носом ты бы не обошёлся.

Пахомов мычит что-то невнятное, но Киру уже неинтересно что именно. Вытащив из кошелька пару купюр, парень бросает их на стол и, неосознанно переплетя свои пальцы с пальчиками Алёны, быстрым шагом уходит, ведя её за собой. Улица встречает их неожиданной тишиной и сентябрьским ветром, который тут же забирается под одежду. На парковке, рядом с машиной, маячит высокая фигура Миши и Авдеев шумно выдыхает. Хорошо, что друг не видел этой сцены, иначе сейчас ему было бы ещё хуже. Хорошо, что…

До него резко доходит ощущение тепла её руки и Кир замирает на месте, отчего Отрадная, не успев затормозить, набегает на него со спины.

Это же не сон? Ты, правда, рядом со мной?

Обернувшись, парень наталкивается на огромные, почти черные в вечерних сумерках, глаза Алёны и опускает взгляд на их переплетённые ладони. И вроде бы он касается её уже не первый раз. И она уже не первый раз находится так близко, на расстоянии двух шагов. И шум в ушах привычен и знаком. Но того напряжения, сковывающего каждое движение, уже нет. Как и нет чувства потери контроля над ситуацией. Лишь только ощущение правильности. Целостности, в которую Авдеев ныряет с головой и запоминает Отраднуютакой. Шокированной, сбитой с толку, но послушно идущей следом, будто у неё даже мысли не возникло выдернуть пальцы из его ладони и остаться там, в баре, с Владом. Будто она, как и Кир, поступила инстинктивно и только сейчас начала осознавать свои действия.

– Прости, - хрипит парень.
– Я, кажется, тебя напугал.

– Н-нет, в-всё в п-порядке, - запинаясь, едва слышно проговаривает Алёна.
– Я п-просто не ожидала и… Наверное, Влад действительно это заслужил.

Он тянет носом воздух, надеясь, что вместе с запахами улицы сможет почувствовать и её саму, но в этот момент девушка, опомнившись, отступает на шаг назад и разжимает ладонь, не оставляя ему выбора, кроме как разжать и свою тоже. Поправляет ремешок сумки на плече и так пытливо смотрит, что Кир даже не пытается скрыть своё разочарование.