Я молчала, не смея говорить. Да что там – едва дышала.

Недовольный моим безмолвием, Акар развернул меня к себе вместе со стулом, на котором я сидела. Он наклонился надо мной, отчего его черные волосы упали вперед и коснулись моей щеки.

– Скажи мне, вредина, что еще я должен сделать?

Если только отпустить меня на все четыре стороны.

Будто читая мои мысли, Акар посмотрел упрямо в мои глаза.

– Я все еще пугаю тебя?

Сильнее, чем он мог подумать.

– Чуть меньше, – вру, – а если бы не говорил про кровавое месиво и вовсе бы не пугал.

Он улыбается.

Боги, у него такие длинные ресницы. И радужка такая темная, как кофейная гуща.

Мы смотрим друг на друга.

Кажется, я вижу в глазах Акара муки выбора, и мне остается гадать между чем он выбирает. Может, он все еще думает о том, чтобы содрать с меня одежду?

Он опускается на корточки и приподнимает на ладони мой кулон.

– Пусть душа вернется в него, – говорит, внимательно глядя на камень кальбена. – Ей не место рядом с тобой.

– Хорошо, но… – голос у меня сипит.

Я не могу не смотреть на Акара: на его губы, кажущиеся такими твердыми, на заостренные скулы, на черные волосы, обрамляющие его лицо.

– Назови мне ее имя, – спокойно просит мужчина.

– Это запрещено.

Он вскидывает насмешливый взгляд.

О, всемогущий Тангор, он и так умеет смотреть.

– Мне можно, Тея.

Наверно, он прав. Ведь я сама попросила его о помощи. И что ему будет от этого имени?

– Сирин.

– Сирин, – Акар говорит это тихо и обхватывает камень, сжимает в кулаке.

Я ощущаю, как рэйкон начинает биться и скулить от боли, он пытается задержаться в камне, но его выдергивает столь мощно, что я не успеваю даже воспротивиться. И тотчас понимаю – его больше нет со мной.

– Что ты сделал? – почти кричу, наполняясь самой настоящей паникой.

– Тише, – Акар выпускает пустой кулон из пальцев. – Странная душа, – говорит он, глядя куда-то в сторону, точно пытаясь там рассмотреть суть моей зверюги, – здесь есть какая-то связь с ее телом.

Акар вдруг снова смотрит на меня и хмурится.

– Она умерла очень давно. Это душа принадлежала девушке.

Он резко поднялся, наблюдая, как я поперхнулась воздухом.

Кто же ты Сирин, и почему погибла?

Ашарес был назначен мне личным помощником, охранником и слугой.

Это высшая степень доверия Акара.

До самого вечера я оставалась в библиотеке, с удивлением находя множество книг на разных языках, в том числе языке Меясы. Прочесть некоторые было невозможно, другие – с трудом, искажающим смысл. И как бы ни важна была моя работа здесь, я все время мысленно возвращалась к мыслям о Сирин, и мое сердце начинало тревожно биться.

Солнце медленно опустилось за горизонт.

Я наблюдала за красными всполохами заката.

Еще вчера все было понятно и просто: я желала выжить и вернуться в Молберн, а теперь что я хочу? Возможно, хочу понять, что за проклятие заставляет запускать часы каждые десять лет, и можно ли его разрушить, чтобы больше никому не пришлось идти в зеркало?

В библиотеке я хочу найти хоть какие-то ответы.

Я сидела за столом перед распахнутой книгой, страницы которой перелистывал студеный горный ветер. Закутавшись в теплый плащ, я смотрела как искрится алым снег на горизонте. В библиотеке холодно – огромные окна не застеклены, пол частично промерз и засыпан снегом. Я всмотрелась в розовое небо, которое медленно темнело. И тут меня пронзила догадка – такая очевидная, что я пришла в смятение: и как я не поняла этого раньше!

Я поселилась в комнате некой служанки в Замке встреч, носила ее одежду, рылась в ее вещах и ни разу не задалась вопросом, кем была эта девушка. Быть может, она была Сирин?

– Моя драгоценная госпожа, – окликнул меня Ашарес, – вы заскучали? Хотите отдохнуть от книг?

Я помассировала виски и снова уставилась на последние лучи солнца – скоро часы опять пробьют. День подходит к концу, и с каждым движением стрелки проклятых часов, шансов на возвращение домой становиться все меньше.

Бессмертный постоянно рядом. Как мне ускользнуть от него, чтобы забрать Светоч? Как сбежать из Железного дворца, каждую дверь которого охраняют каменные великаны?

– Скольких волков убил Акар, ты знаешь? – спросила я.

– Около шести с вашего появления здесь. Они атакуют постоянно, – Ашарес положил передо мной на стол очередную стопку книг, чтобы я их просмотрела, – это очень расточительно со стороны короля Дериона. Белые волки – его личная охрана и очень сильная боевая единица. Опрометчиво терять целую стаю.