Шрифт:
Ардан, оттолкнув напарника, встретил атаку простым, универсальным щитом и алая дымка растеклась по его поверхности, не сумев даже «поцарапать».
Перед ними, прислонившись спиной к колонне, лежала вампирша. Молодая девушка с бледной кожей, длинными клыками, красными глазами и… разорванным торсом. Левая нога, ниже половины бедра, держалась лишь на одной полоске коже. В груди не билось сморщенное, сгнившее сердце, нависшее над точно такими же гнилыми, почти уже истлевшими органами.
А рядом с ней лежали папки с документами. Та постепенно сгорала в черной жиже, заменявшей вампирше кровь.
На первой значилось « Отчетность компании Бри-и-Мэн», а на второй « Личное дело гражданина Трэвора Мэн».
— Проклятье! — Милар уже было ринулся к документам, но Ардан вовремя схватил напарника.
— Умный… говорящий… — прошептала уже почти упокоенная нежить.
На немой вопрос напарника, Ардан молча указал на алое свечение, разлитое по полу вокруг вампира. Кто бы сейчас к ней не подошел, его постигнет не самая завидная участь.
— Документы…
— У неё было четыре папки, — перебил напарника Ардан. — У каждого дела в Архиве есть копия.
Пауки все продумали наперед. Они готовились. Многие годы. Теперь Арди был в этом уверен.
Происходящее в последний год в столице лишь их крещендо. Финал композиции. Последний кон в длинной партии.
Ардан поднял взгляд и посмотрел на… умирающую… засыпающую… тлеющую… интересно, какое слово правильно?
— Мы всех спасем… Говорящий… — повторила вампир. — и… может… я даже смогу… тебя простить… потому что Артемий снова… будет жив.
Первой отвалилась её нижняя челюсть. Затем в прах обратились конечности, а мгновением позже на бетоне лежала припорошенная пеплом одежда.
Поодаль дымились обугленные клочки бумаги.
Глава 109
– Арди…
Ардан смотрел за окно. Там облака неспешно вышагивали по небесной лазури, разукрашенной солнечными полотнами едва мерцающего света. До окончания весны и первого дня лета осталось совсем немного, а до аукциона на дирижабле и вовсе — полтора дня, если учесть, что сегодняшний уже клонился ко сну.
Несмотря на яркий свет и высокую лазурь, стрелка на часах почти коснулась шести часов вечера.
Все, как и рассказывал Март.
Зимой солнце в Метрополии, если и находило в себе силы, чтобы пробиться сквозь пелену серых, грузных, низких облаков, выглядывало всего на пару часов. А поздней весной и в начале лета, отыгрываясь за затянувшийся зимний сон, и вовсе не спешило покидать небосклон даже вечером и ночью.
Арди пока не понимал, нравится ли ему такая особенность столицы или же он находил её утомляющей.
— Арди!
Елена, по уже сложившейся традиции, едва заметно ткнула его локтем.
Ардан очнулся от своих мыслей о погоде, которыми пытался отвлечься от всего, что происходило в его жизни.
Он сидел за партой в просторной аудитории, рассчитанной на куда большее количество учащихся, нежели здесь сейчас присутствовало. Текущая лекция, вернее — лабораторная работа по Прикладному Целительству должна была пройти совместно с первой группой Военного Факультета, но те, в срочном порядке, уехали на выездные занятия.
Борис сказал, что в город неожиданно приехало сразу несколько групп военных магов и Университет договорился с ними о показательном занятии. Так что последние два дня Большой существовал практически без студентов Военного факультета.
Елена с Борисом, впрочем, обсуждая данную ситуацию со своим другом, настаивали, что военные маги съехались в столицу из-за все более гнетущей обстановки. После подрыва Императорского Архива в городе стало, несмотря на приближающееся лето и практически идеальную погоду, несколько… прохладно. В переносном, разумеется, смысле. Да и кроме магов, на самих улицах теперь куда чаще, в любое время суток, прохожие натыкались на усиленные патрули стражей. Вместо двух, трех патрульных, по тротуарам бродили группы из пяти служащих.
Наметанным взглядом Арди замечал, как по проезжим частям все чаще и чаще ездили «неприметные» автомобили. Тесс была права. Он действительно научился отличать транспорт второй канцелярии от остальных участников дорожного движения.
Не говоря уже о том, что кроме Плащей и стражей, на улицах стали появляться и военные. Их летние, легкие мундиры мелькали среди костюмов и платьев гражданских, а цепкие взгляды будто невзначай выцепляли кого-то из толпы и, тут же, к этим «счастливцам» подходили стражи для проверки документов.