Есть разница между чувством собственного достоинства, самооценкой и зазнайством, а Эван, похоже, этого не понимает.

— Иногда, да, — признает Эван. — Но это не значит, что ты лучше нас только потому, что твоя жизнь сложнее.

— Я не думаю, что я лучше тебя.

Это определенно ложь, и я надеюсь, что Эван этого не понимает. Он снова наклоняется вперед и говорит низким, серьезным тоном. — Хорошо. Тогда позволь мне перефразировать мой вопрос. Если бы я пригласил тебя на свидание, ты бы согласилась?

— Абсолютно нет.

— Почему? Не потому, что я американец, и не потому, что я учусь в Спиркресте, верно? Так почему бы и нет?

— Потому что… — Я уставилась на него, пораженная тем, что мне вообще приходится объяснять свой ответ после всего, что произошло между нами за эти годы. — Потому что это не… весь этот сценарий не реален, ты явно не собираешься приглашать меня на свидание. Мы даже едва ли друзья. Зачем ты вообще спрашиваешь? Чтобы доказать свою глупую точку зрения?

— Я спрашиваю. Давай, Саттон. Позволь мне пригласить тебя на свидание. Это может стать твоей тренировкой в знакомстве с американским парнем.

Его голубые глаза смотрят на меня, напряженно и непреклонно, не смея отвести взгляд. На его губах играет улыбка, которую невозможно прочитать.

Трудно сказать, насколько он искренен, и вообще, что он пытается сказать. Но я совершенно не в себе, я словно зашла слишком далеко в воду, и теперь меня затягивает под воду мощное, коварное течение.

Течение, живое воспоминаниями о холодном ночном воздухе, алкоголе и языке Эвана, скользящем по моему.

Пора применить маневр уклонения.

— Хорошо, я предложу тебе сделку. — Я наклоняюсь к нему и встречаю его взгляд. — Если меня примут в американские университеты, в которые я подаю документы, то я пойду с тобой на свидание, и ты сможешь научить меня, как встречаться с американцами.

Он наклоняет голову и сужает глаза. — В какие университеты ты подаешь документы?

— В Гарвард, Йель и Стэнфорд.

— Черт, Саттон. — Он смотрит на меня, а затем протягивает мне руку. — Но хорошо. Если кто и может это сделать, так это ты. Пожми ее.

Я пожимаю его руку, испытывая облегчение от того, что он поддался на мою тактику отвлечения внимания, и более чем небольшой триумф от своей уловки. Но когда я пытаюсь отдернуть руку, его пальцы сжимаются вокруг нее, притягивая меня ближе к столешнице.

— Но мы же целуемся на первом свидании.

Я пристально смотрю на него.

— Ни в коем случае.

— Слишком поздно, — говорит он со злобной ухмылкой. — Мы пожали друг другу руки.

И он отпускает мою руку. Мой триумф исчезает так же быстро, как и появился. Вместо того чтобы обмануть его, я думаю, что, возможно, обманула саму себя.

Опьянение

Эван

В ту ночь я с трудом заснул, слишком взволнованный, чтобы не сомкнуть глаз. Я беспокойно верчусь на кровати, сбрасываю с себя одеяла, натягиваю их снова, сажусь, ложусь обратно. Пьянящее, головокружительное возбуждение наполняет меня, как электрический ток.

Сколько раз я вступал в схватку с Саттон, но ни разу не выходил из нее с такой ошеломляющей победой. Больше чем победа — приз. Даже наш поцелуй на вечеринке едва ли можно считать победой, а не то, что она оставила меня стоять одного среди деревьев с твердым членом и полным вопросов разумом.

На этот раз мне удалось не просто победить ее, выиграть у нее, но и кое-что выиграть у нее.

Свидание.

Свидание с Саттон.

Свидание с Саттон не было бы похоже на обычное свидание с обычной девушкой. Я бы не стал приглашать ее на свидание, потому что она мне нравится, потому что я хочу купить ей цветы и взять ее за руку. Свидание с Саттон было бы похоже на сражение с ней на совершенно другом поле боя, с совершенно новым набором оружия.

Потому что мне не обязательно нравиться Саттон, чтобы хотеть ее. На самом деле, чем больше она мне не нравится, чем больше она насмехается надо мной и царапает меня когтями своих слов, тем больше я ее хочу.

Я хочу обнять Софи, прикоснуться к ней и поцеловать ее снова, только чтобы доказать ей, что я могу. Я хочу целовать каждую ее частичку, которую она прячет под своей аккуратной формой и мешковатыми свитерами. Я хочу целоваться с ней в моей машине, пока она не возбудится настолько, что будет умолять меня, даже если она меня ненавидит.