Сергей говорил эти речи с каким-то упованием, будто не замечал в словах матери никакого подвоха. Будущая свекровь желала сыграть свадьбы сыновей в один день только лишь для того, чтобы в прессе перетянуть одеяло, сместить фокус внимания с нас в сторону будущей невесты Руслана с «безупречной» в кругу московского бомонда, репутацией. Чтобы завтра, повсюду, судачили о том, какой прекрасный выбор сделала семья Каминских. А не потому, что она желала счастья детям.

Мне неприятно. Я все подбирала слова, чтобы сказать Сергею о том, что мы поспешили со свадьбой. Не получалось, отчего я все чаще и сильнее чувствовала себя незрелой идиоткой, лишенной собственного мнения. Он ведь столько сил и денежных средств вложил в то время, когда мой папа боролся с онкологией. И пусть все оказалось бесполезно, разве я могу поступить так с человеком, который помог мне в трудную минуту и оказался рядом?

Он неожиданно сделал мне предложение, и я согласилась. Мне никогда не везло с мужчинами, и я подумала, что Сергей, возможно, тот самый, особенный. Думала, что полюблю его, так же, как и он меня. Смогу засунуть гордость, принципы в одно место и быть достойной его, женщиной. Ведь так говорили мне все вокруг, начиная с моей мамы.

«Нужно быть мудрее». «Женщина должна вдохновлять и радовать своего мужчину». «Нужно ставить его интересы и ценности превыше своих».

И самое ужасное: «Как же тебе повезло». Но с каждым днем статус невесты завидного холостяка, мажора нависал надо мной как дамоклов меч. И разрастающееся чувство одиночества увеличивалось в моей груди все сильнее.

Что будет, если я ему откажу?

– Лесь, ты меня слышишь? – громче повторил Сергей, когда задумавшись, я уставилась на свой нетронутый, остывший кофе, размешивая серебряной ложкой, давно растворившийся в нем сахар.

– Извини, отвлеклась…

– Я сказал, что нужно что-то со свадьбой уже решать, – настаивал он. – И что мама хочет побыстрее обе свадьбы сыграть.

Свадьба Руслана. Внезапно пришло осознание того, что мой милый мальчик с чистой душой тоже скоро женится. Он всегда был белой вороной в их семье. Теперь же, его ждала ожидаемая участь наследника: получение доли в семейном бизнесе, место в совете директоров компании и женитьба на богатой наследнице.

И мне, каждый раз, напоминание об этом делало больно. Понятия не имею, почему.

Руслан так отличался от брата и как бы скверно мне не было думать об этом – я все равно думала.

– Наконец-то пацан за ум взялся, – Сергей нелестно высказался о своем младшем брате. Мы только вскользь затронули тему стажировки Руслана в Газпроме и я уже пожалела о том, что завела эту тему. – Может получится из него что-нибудь путное.

– Почему ты так несправедлив к нему? – покачала головой, прищуриваясь. И почему-то принимая слова Сергея лично в свой адрес.

– Ой, завязывай его защищать, – брезгливо и с издевкой протянул жених. – Тоже мне мать Тереза. Хорош ему уже сопли подтирать, – добавил он, а я сжала кулаки под столом. Была бы возможность ударить его по физиономии – я бы ею воспользовалась. – Если бы отец ему мозги не вставил вовремя в его башку, посмотрел бы я, что из него выросло, – озираясь по сторонам, добавил он чуть тише: – Разгильдяем или уголовником бы стал уж точно.

Я поперхнулась холодным кофе.

– Знаешь, мой обеденный перерыв уже завершился, – глядя на часы на запястье, процедила я, не желая вступать с Сергеем в словесный поединок.

Все равно из него победителем вышел бы он, а не я. Тем не менее, Руслан такого отношения со стороны родного брата совсем не заслуживал.

С поникшим настроением, донельзя расстроенная, я вернулась в офис. Плюхнувшись в свое кресло, по привычке сняла кремовые лодочки со своих уставших ступней, и выпрямившись, приступила к бумажной работе перед съемками для каталога.

Чуть позже, мы разместились в студии этажом ниже, где Алексей – наш штатный фотограф, проводил фотосессию.

– Леш, сегодня до вечера все нужно завершить, – отдав распоряжение, я вернулась напротив циклорамы. Таня и другие коллеги были в бешенстве из-за неорганизованности моделей. Атмосфера накалялась с каждой секундой и даже кондиционеры не могли решить проблему с нереальной жарой в помещении.

– Ты же летишь со мной? – спросила запыхавшаяся Таня. Я молча кивнула, направляя потоки воздуха в свою сторону при помощи импровизированного веера из старого выпуска GQ.

Вероятно, смена обстановки и несколько дней заграницей мне действительно пошли бы на пользу. Да и я мысленно ликовала, думая о том, что выражу таким образом протест Сергею.

– Модели какие-то вялые, – поморщилась Таня.

Костюмеры за этот ее цинизм и прямолинейность откровенно ненавидели, но ей было все равно. Как и сейчас, когда она без лести и угрызений совести отчитывала моделей-мужчин. Акула PR в сфере модного бизнеса, не иначе.

– Где вы их набрали? – она обратилась к костюмерше Инге. – Вы хоть понимаете, кто наша целевая аудитория?!

Инга раздражённо выдохнула, нехотя соглашаясь с пиарщицей.

– Мы позиционируем себя как бренд для успешных молодых мужчин и женщин, – отчитывала она съемочную группу. – По-вашему, это, – она указала жестом на ребят, – Похоже на то, что нам нужно?

Позади послышалось улюлюканье и тихие смешки. Коллега нервно закатила глаза, а затем стала проводить свой собственный «отбор» для съемки среди моделей.