В таком случае, мне стоило уехать отсюда сразу же после того, как я поздравила Руслана.

– Я тоже вызову такси, – пробормотала, прощаясь с девушкой. Настя распахнула глаза шире и добавила:

– Давай мы отвезем тебя, – настаивала она. – Уже очень поздно, чтобы добираться до города от области на такси.

И хоть я и была сильно смущена, но все равно согласилась. Попрощавшись с Машей, стала по-новой искать Руслана в гостиной.

– Он уехал с друзьями праздновать в клуб, – объяснила подруга.

И выдохнув, я последовала за Настей.

Мы попали в пробку у въезда в город, заставшую нас врасплох. Когда я приехала домой, было далеко за полночь. У меня не было сегодня тренировок, но тело ломило так, словно я делала множественные подходы с огромными весами. Отворив дверь своей связкой ключей, я тихо прошмыгнула внутрь, чтобы ненароком не столкнуться с матерью. Я очень надеялась, что мама видела глубокие сны, ведь обычно, она уже спала в такое время.

– Ты почему пришла домой? – услышала возмущённый голос из спальни. – Почему не осталась у Сережи?

Горло стянуло ржавой проволокой, и я едва не застонала от глубокой досады.

– Потому что завтра у меня много работы, – отказавшись вступать в словесные поединки, ответила, ступая прямиком в ванную комнату.

Я не хотела жить с Сергеем. До свадьбы уж точно. Жених предлагал и не раз, но от одной мысли о том, что мне пришлось бы делить с ним быт раньше времени – у меня сводило скулы.

«Прости, что не отвез тебя. Люблю тебя, заюш», – сообщение от него.

Бросив телефон на комод, я подсушила мокрые волосы полотенцем и потуже завязав пояс на пушистом, банном халате, вышла на кухню за стаканом воды.

Мама громко цокнула языком, привлекая к себе мое внимание.

– Что за таблетки ты опять пьешь?

– От головы, – буркнула я, запивая ибупрофен водой. – Ты чего-то хотела? – посмотрела на родительницу с вызовом.

– Смотри у меня, – угрожающе пробормотала мама.

Бестактности Ларисе Григорьевне Лариной хватало для того, чтобы в прошлом месяце провести ревизию в моей аптечке и отчитать меня за найденные, противозачаточные препараты. Ведь она спала и видела нашу скорейшую свадьбу с Сергеем Каминским.

– Пожалуйста, больше не лезь в мою жизнь, – выдохнула я, с шумом опуская стакан на стол. – Если не хочешь скандалов.

Я и так последние два года едва выживала с ней под одной крышей. И если бы не состояние ее здоровья – убежала бы не только из квартиры, но еще и из города. Родительница мгновенно схватилась за виски и стала сетовать на ухудшение здоровья, а я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза. Вытащив из верхнего ящика над столешницей тонометр, отцепила манжету и придвинулась к маме, начав измерять ее давление.

– Как дела у паренька? – между делом поинтересовалась мама. Замерив показатели, я убрала медицинский прибор в коробку. – Представляю, как Надежда свой хвост подняла, когда сынок из заграницы приехал, – мама исказила гримасу, упоминая в разговоре будущую родственницу.

– У него все хорошо, – запустив пальцы в волосы, я потёрла лоб локтевой костью ладони.

– Правильно сделала, что послушалась меня и все равно пошла, – горделиво протянула она. Очень правильно, ощущая себя лишней, оскорбленной и униженной. – Пусть привыкает, что ты скоро станешь женой ее старшего сына.

– Я уже пойду спать, – встав со стула, ступила по деревянному полу в сторону своей комнаты, не желая вступать в пустые разговоры с мамой.

– Вот забеременела бы ты… – не дав матери договорить, я остановила родительницу грозным жестом.

– Мама!

– Будешь вести себя как дура, так и останешься старой девой в свои тридцать лет, – бросила она с презрением, приковывая меня к полу своей фразой.

Родителей, к сожалению, не выбирают.

Я стиснула зубы, чтобы из моих уст не вырвалась отборная порция ругательств. Прежнее терпение трещало по швам.

– Во-первых – пока еще двадцать девять, – громко напомнила я, выдыхая со свистом. – А во-вторых – что я тебе говорила? Я живу с тобой только по твоей просьбе. Клянусь, если ты опять начнешь эти разговоры – я заберу свои вещи и перееду.

– Дурочка, я же добра тебе желаю, – слезно проговорила мама. Она всегда так делала, использую слезливую артиллерию, чтобы пристыдить меня. – За что ты так со мной? Кто о тебе еще подумает, если не я?

«Лучше бы ты думала только о себе», – подумала я. Интересно, сейчас было подходящее время, чтобы сообщить маме о том, что я собиралась попросить Сергея повременить со свадьбой?