Я сильнее сжала куртку, сохранившую его тепло и восхитительный аромат парфюма, в своих руках. Покачала головой, чтобы послать мимолётные, глупые мысли, к чертовой матери. Этого мне еще не хватало.

– Переоденьте его, – парировала коллега, отдавая указания.

Поправив подолы своей прямой юбки, Таня вздернула подбородок и с триумфальным видом прошла вдоль рядов. Это значило, что происходящее ее более чем удовлетворило. Ну наконец-то.

Руслан встал спиной к нам, скрываясь за шторой с прорезями. С ощущением крадущегося вора, озирающегося по сторонам для уверенности, что никто не заметит, я стала украдкой наблюдать за парнем. Сначала с неподдельным интересом, радостью и с чувством гордости за друга. Его белая рубашка сильно облегала крепкое тело, мощную спину и руки, ведь даже пространство, именуемое в нашей среде «воздухом» между телом и одеждой, не могло скрыть его потрясающей фигуры. Парень ловко стянул с себя рубашку, обнажаясь…

Вот черт.

Я сделала шаг назад, отвернулась, чтобы уже повесить его куртку, которая все это время покоилась на моем предплечье, на вешалку.

– Где ты его нашла? – вкрадчиво обратилась Таня в самый разгар съемок.

Понуро опустив голову, я на протяжении десяти минут праздно бегала глазами по буклету, не желая наблюдать за съемочным процессом. Было сложно.

– Это братик Сережи, – пробубнила я.

Уменьшительно-ласкательные словечки в отношении этого парня звучали уже вопиюще непристойно. Наверное, я мысленно пыталась уберечь себя от возможности посмотреть на него как на мужчину.

– Твоего Сережи?! – она вскинула брови в неверии. – Серьезно?!

Выдохнув, кивнула, давая положительный ответ. На секунду наши взгляды с Русланом пересеклись и парень мне подмигнул. Мое сердце едва не подскочило к горлу от такого ребяческого жеста со стороны друга.

– Твой, конечно, красавец, – неожиданно продолжила она чуть тише. Инга бегала по студии вся измученная, с кучей вешалок в руках, возмущаясь. – Но братик такой чудесный, – с обожанием проговорила она.

В ее голосе не было ровным счетом ничего оскорбительного, или же вульгарного. Таня умела держать дистанцию там, где надо.

– Прям то, что нужно было, – обратилась она ко мне. – Бриллиант!

Он действительно чудесный. Несколько парней встали в ряд, принимая нужные позы для фото, а Руслан держался в центре, как и просила его Таня.

Я невольно залюбовалась парнем, плавно перемещая свой взор с коллеги на моего друга.

– А смотрит-то на тебя как, – захихикала подруга. Мое тело пропустило удар от ее слов, а руки, ютившиеся на столе, сразу же затряслись. – С обожанием.

– Конечно, – сглотнув, ответила с придыханием. В студии становилось невыносимо жарко. И время, словно, остановилось. – Я же его практически вырастила.

Бред, но это единственное, что сорвалось с моих уст. Таня бросила на меня укоризненный взгляд, отдавая команде распоряжение жестом, чтобы сменили фон и костюмы.

– Ну ты это, мать, – она помотала головой, скрещивая руки на груди. – Загнула.

Парни вернулись к съемкам в новых образах, уже под руку с девушками. Леша, который до этого работал без особого энтузиазма, словно ожил, взбудоражился, щелкая фотоаппаратом без устали.

– Сколько ему лет, чтобы ты его вырастила, – процедила она сквозь зубы, коря меня за глупую реплику.

– В детстве эта разница казалась существенней, – выдохнула я, пролистывая журналы.

И я снова подняла глаза, наблюдая за моделями. Похоже, что к концу съемок Таня перебросила весь груз процесса на плечи Руслана и ведущей модели-девушки, выдвигая их на передний план. Теперь же, именно они двое все чаще мелькали перед фотоаппаратом Леши.

Одежда нашей фирмы смотрелась на нем безукоризненно. И было в нем нечто особенное, магнетическое, что привязывало к нему, заставляло смотреть только на него одного в этой студии.

Съемки подошли к завершению. Таня подошла к Руслану и другим моделям, обговаривая их сегодняшний гонорар. Даже с расстояния я заметила, как парень, приложив руку к груди, покачал головой в знак отрицания. И десятиминутные уговоры моих коллег не смогли переубедить его в обратном.

– Ну что, как тебе моя работа? – скрестив руки перед собой, уверенно протянула я, не выдавая своего смятения.

Он подошел ко мне сразу же, покоряя своей неотразимой улыбкой. В одежде «Фэшн Омега»: бежевой рубашке-поло с короткими рукавами и брюкам в тон. Он стоял рядом, занимал все пространство и источал… сексуальность.

Господи.

– Отлично, – Руслан снова улыбнулся уголком губ и на его щеках образовались очаровательные ямочки.

– Стоило взять гонорар, – цокнув языком, настаивала я, не переставая ему улыбаться. – Ты через весь город сюда приехал.

– Не ради денег, – отрезал он и снова подмигнул мне.

Вот же мелкий мерзавец.

Послышался шум, и я очнулась, обращая свое внимание на голос пиарщицы, которая приблизилась к нам. Ей нужно было поговорить с моим другом: оставив их наедине, я подошла к Алексею, чтобы успокоить свое любопытство и посмотреть на фотографии.