Шрифт:
– Так точно, товарищ генерал, - бодро ответил Диксон.
– Эшелонирование боевых порядков?
– Так точно!
– Эвакуацию раненых?
– Так точно!
– Радиоэлектронная борьба?
– Всё есть!
– Обеспечение подразделений боеприпасами?
– Так точно!
– Детально доложить можете?
– Детально может доложить начальник штаба бригады!
– Где он?
– Как где? В штабе бригады, - удивлению Диксона не было предела. – Работает.
– Почему вы его не взяли с собой?
– Указаний не было, - Диксон развёл руками.
– Смотрите, полковник, - генерал решил заняться воспитанием своего подчинённого. – Когда вы едете в штаб армии, вы или сами готовы доложить по всем вопросам, которые меня могут заинтересовать, или везёте с собой человека, который на эти вопросы ответить сможет. Вы меня хорошо поняли?
– Так точно, - ответил Диксон.
– Семьдесят шестая, - Каскад прошёл взглядом по первому ряду, но не увидев там Ветра, повысил голос: - Семьдесят шестая мотострелковая бригада!
– Я, - Ветер подскочил.
– Что вы сели на Камчатке? Идите ближе, здесь есть места.
Комбриг прошёл вперёд, ловя на себе взгляды офицеров, многие из которых видели его в первый раз.
– Разрешите доложить о готовности? – спросил Ветер, встав возле свободного стула.
– Докладывайте.
– На период проведения наступательной операции бригада получила двести тонн дизельного топлива, восемьдесят тонн бензина, четыреста тонн боеприпасов, в качестве пополнения бригада получила четыреста тридцать шесть человек личного состава. Боеготовы два танка с мангалами, ещё один будет готов через сутки, пять танков без мангалов, все танки со станциями РЭБ, двенадцать БМП, в том числе шесть во втором батальоне, который будет выполнять основную задачу. Боеприпасы складированы на восьми полевых складах – два основных на удалении тридцать километров от линии фронта, три промежуточных на удалении пятнадцать километров и три оперативных в шаговой доступности от основных огневых позиций. Также организованы ложные склады и ложные огневые позиции. На начало наступательных действий начальником связи предусмотрен переход радиосетей звена рота-батальон и батальон-бригада на цифровую зашифрованную связь. В первый день наступления бригада перерезает дорогу Еремеево – Осиновка, блокирует опорный пункт «Берёзовый», являющийся ключевым рубежом обороны района, выходит на рубеж лесополоса «Двина», выстраивает оборону в сторону Ябловки и Осиновки. На второй день наступления бригада действует в направлении Кузнечное, Ябловка, правым флангом выстраивая оборону вдоль ручья Овражный, препятствуя действиям противника, направленным на сохранение транспортного сообщения между Сталегорском и Орловкой. В целях парализации органов управления противника в момент начала наступления, прошу в общий план огневого поражения внести командный пункт бригады территориальной обороны на Шахте номер три, пункт управления сто десятой механизированной бригады в школе номер двенадцать на севере Сталегорска, запасной командный пункт на сталелитейном заводе, пункты управления сорок четвёртой механизированной и третьей танковой бригад в здании техникума в Орловке.
– Стоп! – командующий пристально посмотрел в лицо комбрига: - Откуда информация по пунктам управления?
– Разведка донесла, - нейтрально ответил Ветер.
– Ты слышал? – Каскад посмотрел на своего начальника штаба, сидящего рядом.
– У нас нет такой информации, - Томск развёл руками. – О Шахте номер три есть подозрения, что там находятся органы управления, но какой именно части, пока не установлено.
– А почему он знает? – командующий кивнул в сторону застывшего комбрига.
– Как вы это установили? – Томск впился взглядом в полковника, который уже старался не дышать перед суровым вниманием двух генералов.
– Товарищ генерал, - Ветер перевёл свой взгляд на начальника штаба армии. – Выстраивая взаимодействие с органами разведки, я был ознакомлен с обстановкой командиром бригады радиоэлектронной разведки Главного Управления, которая работает в полосе группировки «Авангард».
– Так, - Каскад демонстративно оглядел присутствующих. – Через голову прыгаем, товарищ полковник? Хорошо же вы начали свой боевой путь в нашей армии…
– Виноват, - кивнул Ветер. – Дополнительно могу сообщить информацию особой важности, которая будет полезна всем командирам частей и соединений. Разрешите?
Генералы переглянулись, после чего Каскад, усмехнувшись, сказал:
– Уж потрудитесь, если «особой важности».
– Сегодня на въезде в Знаменку меня атаковал дрон-камикадзе, после чего выяснилось, что станция РЭБ, установленная на моей машине, не закрывает частоты, которые в последнее время используются противником для управления новыми FPV-дронами. Прошу обратить внимание командиров, что сейчас дроны летают на частоте шестьсот мегагерц, следовательно, РЭБ должны закрывать и этот диапазон.
– Это вам тоже радиоразведка донесла? – спросил Томск.
– Так точно, - кивнул Ветер.
– Все услышали? – спросил начальник штаба у присутствующих. – Организуйте в своих подразделениях изучение данного вопроса. Результаты включить в вечерний доклад!
После того, как были заслушаны все командиры задействованных частей, Каскад попросил Ветра остаться. Когда все вышли, и в помещении остались только командующий, начальник штаба и Ветер, Каскад пригласил комбрига пересесть за «командирский» стол и спросил:
– Полковник, вижу, ты соображаешь, что делаешь. Давай вот без лишних ушей и глаз, как реально ты оцениваешь свою задачу? Хватит ресурсов на её выполнение?
– У меня задача вполне выполнимая, - кивнул Ветер. – Армия, - он кивнул на начальника штаба, - очень грамотно подошла к расстановке сил и средств. Всё логично – с одной стороны я обеспечиваю правый фланг двести второй бригаде, назначенной на штурм Сталегорска, с другой стороны держу левый фланг шестьдесят шестой дивизии, которая глубоким охватом выходит на Красново и Степной, создавая условия для последующего окружения Орловки и обеспечивая действия Седьмой армии по взятию Лихоманска…