А утром Марина проснулась от звонка телефона Андрея. И от его ворчания.

— Что, снова что-то случилось на стройке? — сонно пробормотала Марина.

— Хуже. Дети требуют завтрак, — Андрей вздохнул и сел на кровати. — Оладьи им подавай, как у бабушки. Где я им возьму оладьи?!

Марина тоже села, обняла широкие гладкие плечи, прижалась щекой к спине.

— Дайте мне полчаса — и будут вам оладьи.

Ее руку накрыла большая мужская ладонь.

— Иногда я не верю, что ты настоящая.

Марина куснула плечо и не без сожаления убрала руки.

— Настоящая, не сомневайся. Я в душ. Заправь постель, пожалуйста, и свари кофе.

Лето покатилось стремительным шаром. В этом шаре крутилась работа без выходных, растущий дом, редкие часы отдыха. И все это — вчетвером. Как-то вдруг внезапно вчетвером. Андрей не успевал это осознавать. Но это лето совсем не походило на то, как он жил раньше. Мальчишки, которые из-за работы отца часто были предоставлены сами себе и регулярно влипали во всевозможные неприятности, теперь плотно подсели Марине на уши. И не только.

В один прекрасный день Андрей обнаружил пацанов за чтением. Взяли книжки в библиотеке и читали! «Нам на лето задали», — невозмутимо ответил Дема на закономерный вопрос отца, что собственно, происходит. Что творится, однако. Ну ладно бы младший, тот почти отличник, но старший?!

А еще они съездили втроем на какой-то квест в городской парк развлечений. Вернулись довольные и шумные, причем больше всех шумел обычно немногословный Демьян.

А потом еще на пейнтбол махнули, причем снова без Андрея — он работал. После которого Андрей выслушал очередную порцию восторгов по поводу того, как Марина умеет стрелять, и что у нее отец — самый настоящий полицейский. И что вот с этим со всем делать?!

Андрей не знал. И даже не пытался осмысливать. Вопрос материальной компенсации Андрей даже не поднимал, понимал — этим он обидит Марину. Вместо этого он в промышленных масштабах закупал продукты, которые привозил преимущественно уже к Марине, потому что пацанам очень понравилось столоваться у Марины. А она не возражала. Декларировала, что не умеет готовить, еще что-то такое, но исполняла всех их заказы и капризы.

А ночами в постели исполняла все его заказы и капризы. Или это он ее капризы исполнял. Тут не разобраться, да и не хотелось.

А еще эта женщина должна была сохранить дом, который Андрей с таким упорством строил. Строил вопреки всему.

— Бать… — Демьян ровно отцовским жестом подпирал плечом дверной косяк. — Завтра ж первое сентября.

Андрей с неохотой оторвался от переписки с бригадиром сварщиков.

— Ты думаешь, я об этом не помню?

Если у тебя две детей-школьников, такое захочешь — не забудешь. Андрей все же выкроил время и сам потратил выходные на закупку всего необходимого пацанам для школы. Вымахали за лето опять, из всего выросли, из дома куда-то мистическим образом снова пропали все канцелярские принадлежности, хватился — ни одной ручки! В общем, покупать по полному кругу пришлось все. Включая пенал и тетрадки с хаски.

— У Марины завтра день рождения.

Вот тут Андрей отложил телефон окончательно.

— В смысле?

— Вот такая она странная женщина. У которой день рождения первого сентября.

Иногда старший сын по-настоящему пугал Андрея. Он был слишком взрослым для своих тринадцати. И для своих двенадцати год назад был слишком взрослым. И для одиннадцати.

Что было этому причиной? То, что Демьян видел пьющую мать, а потом лишился ее? То, что рос без отца, зная, что он где-то есть? То, что думал, что отцу ни он, ни Касьян не нужны? То, что был старшим? Андрей боялся копаться во всем этом. Он слишком много упустил в жизни своих сыновей. И пока только от всей души наделся, что не опоздал на этот поезд безнадежно.

— Ладно. Спасибо, что сказал.

О том, откуда Демьян знает про день рождения Марины, Андрей спрашивать не стал. В этом случае многие знания — уж если многие не печали, то головная боль — точно.

— Пожалуйста. Не проеби.

К тому моменту, когда Андрей очухался и нашел хоть какие-то слова, за Демьяном уже закрылась дверь. Ну, Дема… Хотя чего ожидать от сына прораба? Андрей хоть и старался сдерживаться при мальчиках, но все равно — нет-нет, да и да. И очень часто да.

Он так долго и напряженно думал о том, что делать завтра, что даже уснул не сразу, хотя обычно вырубался, едва голова касалась подушки. Вот почему он раньше не поинтересовался о том, когда у Марины день рождения, заранее?! Времени на подумать и подготовиться теперь вообще нет. А если бы Демьян не сказал…

Чем ему завтра порадовать Марину? Цветами и треснувшим пиджаком Андрей ее уже баловал. В ресторан пригласить? Вариант стандартный, а потому не нравился. Что, Маришка в ресторанах не бывала? А у самого Андрея от этих самых ресторанов осталось ощущение изжоги — но не от желудка, а из другого места. Нет, стандартные методы для Марины — слишком просто. А, может, у нее вообще какие-то планы на завтра? Так, а какие это планы без него, а?!