— Штаб-капитан, надеюсь, не отрываю?

— Переходите к делу, доктор, а лучше представьте мне нашего собеседника.

Накагава пожал плечами.

— Капитан Райдо, командир…

— …каргокрафта «Принсепс», я в курсе.

И почему вояки не могут без вот этих сложностей? Иногда Накагаве начинало казаться, что Сададзи его нарочно злит.

— Прекрасно. Тогда я продолжу. Мы тут с капитаном обсуждали инцидент с разведсабами «Джайн Ава» и «Махавира».

— Инцидент? — Сададзи, если ему так было удобно, мог мастерски изображать скудоумие. Впрочем, это был обычный талант любого вояки на этой станции.

— Тот факт, что их судьба до сей поры неизвестна.

— Всё верно, доктор, разведсабы отследили до точки обратного проецирования, но пробиться к ним мы так и не смогли и дальнейшие сведения не поступали.

— Почему вы так уверены, что проецирование должно было состояться именно там?

— Не понял вопроса. Точка триангуляции фокуса была локализована с точностью до полутика.

— Но вы же сами сказали, что не смогли пробиться. Каким образом им бы это удалось?

— Коммандер Тайрен и капитан Дайс — опытнейшие дайверы. Если кто-то и смог бы, так это они.

— Не буду спорить, вам тут виднее, но не логичнее ли было спроецироваться в более безопасном месте, а не под носом у рвущихся «глубинников»?

Сададзи задумался.

— Альтернативная точка проецирования была запланирована чуть в стороне от зоны барража, однако ни единого сигнала оттуда так и не поступило.

— Как и из точки триангуляции.

— Как и оттуда.

— Но там вы по крайней мере попробовали пробиться на четырёх крафтах. Но неужели альтернативный маршрут не был проверен?

Сададзи помолчал, проверяя логи.

— Негатив. Обратный прожиг из зоны барража и без того едва не стоил Крылу трети личного состава. Но погодите, туда были загодя отправлены два тральщика.

— И какова их судьба?

— Вам стоит обратиться по этому поводу к адмиралу Таугвальдеру, — поморщился Сададзи.

— То есть вас банально не пропустили бы, я правильно понял, штаб-капитан?

Сададзи скрипнул вставными керамическими зубами, но сдержался.

— Мы исходим из предположения, что уцелевшие разведсабы сумели бы подать сигнал на бакены Цепи. Это же касается и десантной группы полковника Томлина и доктора Ламарка. Наиболее адекватное предположение на текущий момент — если они сумели уцелеть, то по-прежнему дрейфуют где-то там, в закрытой области Плеяд.

— А как же остальные? — вступивший разговор Райдо, кажется, уже понял, к чему клонит Накагава.

— Остальные? — нет, правда, у Сададзи невероятный талант изображать из себя дурака.

— Остальные разведсабы. Вы отправили на прожиг восемь разведсабов. Один из них вероятнее всего при этом погиб. Экипаж другого пропал без вести в районе локализации фокуса. Но куда делись остальные дайверы?

Сададзи снова выдержал мучительную паузу, копаясь в доступных ему архивах.

— Таких данных у меня нет. К составу флота адмирала Таугвальдера они также не присоединились. Если у вас есть другие сведения — не томите.

Накагава чуть не поперхнулся от такой наглости.

— Сведения у меня есть, штаб-капитан, и вы об этом прекрасно осведомлены!

— Вы о своей, как её, — Сададзи пошевелил губами, подбирая слово. — статистической симуляции? Вы меня простите за прямоту, доктор, но вы хоть и большой учёный, но в боевых действиях ни черта космачьего не смыслите.

С этими словами образ штаб-капитана широким жестом развернул ту самую диаграмму, на которой Фронтир как бы зажимало в клещи нечто чёрное:

— Вам показалось на этой картинке то, чего там нет. Да, флот всё реже покидает пределы фронтира и всё короче наши вылазки. Но там, где вы видите настоящего врага, я вижу банальную угрозу. Статистический, к чертям космачьим, феномен. Нас постепенно зажимает в угол сама природа космоса. Это проблема, доктор, большая проблема, но почему я, вояка, должен вас, учёного, тыкать носом в подобную банальщину?

Накагава в ярости обернулся к Райдо:

— Вы тоже считаете, что я брежу?

— Доктор, Бойня Тысячелетия была тяжела, но успешна. С тех пор мы ни разу не натыкались на остатки Железной армады.

— Но вы же сами мне сказали, что столько сабов за раз не пропадало ровно со времён Бойни!

— Это не мои слова, я только излагаю то, что мне сообщили. Я не военный, да меня там и не было, я не могу судить.

— Хорошо, капитан Сададзи, вы участвовали в том барраже. Была ли та операция какой-то особо массовой, исключительно сложной, предполагалось ли, что при отступлении будут подобные потери? Восемь, тьма вас забери, разведсабов!

— Негатив. Но никто и не предполагал, что начнут рваться «глубинники»!