По его руке полилась синяя жижа. Сталь уперлась в кости. Гронидел поднажал и услышал хруст. Тело монстра рухнуло на пол и больше не двигалось.

Принц закашлялся. Сражаясь с чудовищем, он и не почувствовал запах гари, успевший распространиться по коридору. А едкий дым тем временем валил из-под двери в покои молодоженов.

Гронидел стянул с себя грязную рубаху и повязал ее вокруг лица, чтобы закрыть нос. Достал клинок из шеи мертвой нечисти и направился за Сапфир.

Она стояла в черном костюме богов посреди дороги в мире из пластика и стекла. Уцелевшие высотные здания вздымались ввысь и исчезали в розовых облаках над головой. Битые машины и перевернутые автобусы торчали из окон полуразрушенных строений, будто кто-то специально их туда вставил. В этом сером мире, уводящем вдаль шершавым асфальтом извилистой дороги, все было мертво. Сапфир знала это, но не понимала, что она там делает.

– Когда-то здесь кипела жизнь, – озвучил певучий голос, и принцесса обернулась, услышав его.

За спиной стоял молодой мужчина в белом перламутровом костюме, облепившим высокое и поджарое тело. Холодные серые глаза незнакомца хищно следили за Сапфир. Красивое лицо с утонченными чертами, широким разлетом темно-синих бровей, узким носом, в меру полными губами и аккуратным подбородком выражало не то сожаление, не то усталость.

Представителя другого народа в его внешности выдавали остроконечные уши и прическа: на макушке бритой головы он носил высокий хвост длинных серебристых волос.

Феец. Думала ли Сапфир, что когда-нибудь увидит его родной мир перед собой?

Круглые зрачки незнакомца сузились, превращаясь в вертикальные щели, а цвет радужек изменился с серого на серебристо-золотой.

– Знаешь, почему здесь нет растений, животных и даже костей моих сородичей? – спросил незнакомец.

Сапфир отрицательно покачала головой.

– Потому что Рой пожелал уничтожить все, – произнес мужчина, запрокидывая голову и глядя ввысь. – Можешь поверить в такое?

Сапфир молчала. Мужчина опустил голову и исподлобья взглянул на принцессу:

– И со всеми остальными мирами они сделают то же самое, – произнес он.

– Почему ты говоришь все это мне? – наконец спросила Сапфир.

– Это послание не для тебя.

– А для кого тогда? – нахмурилась принцесса.

– Для Изумруд, – прошептал он и хлопнул ладонями перед лицом Сапфир.

Она оказалась посреди поля. Огневержец в руке и полчище тварей, сплошной стеной мчавшихся на нее. Рой беспощаден к своим марионеткам, и Сапфир в который раз предстоит в этом убедиться.

Принцесса сделала глубокий вдох и вспыхнула синим пламенем вместе с Огневержцем.

«Когда все это началось?» – повторил заученную фразу голос сестры.

Ее шлепали по лицу. Сапфир открыла глаза и непонимающе уставилась на исполосованное черными метками маны лицо Гронидела. Его глаза вновь стали красными, а на щеках красовалась копоть.

– Живая, – произнес он и крепко обнял ее, лежащую у него на руках.

Они находились на ступеньках центральной лестницы жилого корпуса для деров, и вокруг них вверх и вниз сновали воины, слуги, ученики и преподаватели. Они не останавливались, будто и вовсе не замечали, что полуголый руководитель школы сидит сбоку и держит на руках почти раздетую жену.

Судя по всему, Шершень вновь использовал юни передачи жизненных сил, чтобы спасти ее, и тратил остатки ресурсов на создание иллюзии невидимости.

– Щелкозубы, – прошептала принцесса, цепляясь почерневшими пальцами за его шею. – Они напали на замок.

– Да, и свалились на него прямо с неба. В прямом смысле, – ответил Гронидел. – Всего их было шестеро. Ты одного убила. Я – другого. И еще с четырьмя справились наши воины и преподаватели.

Сапфир закрыла слезящиеся глаза, сильнее прижимаясь к горячей груди Гронидела.