Библиотека имени Бессетт-Кеннеди41 — одно из самых высоких зданий на территории университета. Она построена в форме буквы С. Два боковых крыла по-прежнему используются, но старая колокольня, цер­ковным шпилем возвышающаяся посередине, теперь почти полностью заброшена. К неудовольствию администрации, туда вполне можно забраться, чем время от времени пользуются некоторые компании; к тому же колокол все еще в отличном состоянии, и, если в него ударить, он громко зазвонит. В начале нулевых его хотели снять, но благодаря вмешательству влиятельных выпускников он все же уцелел, так и оставшись излюб­ленным местом университетских смельчаков.

Нас с Купером звали во многие студенческие компании, но никто нам не нравился, поэтому в первом семестре мы с ним забрались туда вдвоем и выпили. С башни видно почти всю территорию университета: старые кирпичные здания, покатые холмы, аккуратно подстриженные деревья.

— Ты уверена? — спрашиваю я, паркуя машину.

Но Мия, убрав еду в свою любимую сумку-шопер с надписью «НАСА», уже открывает дверь.

— Летом здесь все равно ходят охранники, ты же это знаешь?

Я сую ключи от машины и бумажник в карман джинсов.

— А мы зайдем сзади.

Мы могли бы попасть в здание библиотеки, которое не запирают круглыми сутками, через центральный вход, а затем подняться на крышу по лестнице. Замок на люке легко взломать, а камера наблюдения вечно не работает. Но есть и другой путь: по служебной лестнице, прямо по стене здания — и вот тут придется проявить смелость.

Что ж, сейчас проверим, насколько моя Мия храбрая.

Когда мы подходим к лестнице, она смотрит на меня так, будто я заставляю ее шагнуть в огонь.

— Ты шутишь, да?

— Ага, струсила. Сдаешься?

Она буквально скалит зубы от гнева.

— Нет.

Я подхожу ближе и, приподнимая ее лицо за подбородок, вынуждаю взглянуть мне в глаза.

— Если для тебя это слишком, я не буду настаивать.

Ее взгляд — чистая сталь.

— Если тебе дороги твои пальцы, лучше отпусти.

Я слушаюсь и развожу руками.

— После тебя, мой ангел.

Мия начинает взбираться по лестнице, мило виляя своей соблазнительной задницей.

— Если я сорвусь, сохрани мои мятные конфеты.

— Вот еще! И не подумаю.

Она цокает языком.

— Как грубо!

— Просто не смотри вниз. Все будет хорошо.

Я ставлю ногу на первую ступеньку, наблюдая, как Мия лезет все выше. Дождавшись, пока она поднимется на достаточное расстояние, я карабкаюсь вслед за ней.

— Ого, вау! — выдает она на крыше. — Это просто потрясающе!

— Это мы еще на башню не залезли. — Я оказываюсь рядом с ней и вытираю руки о джинсы. — Нужно только отпереть замок.

— О, — произносит она, — это я могу.

Я усмехаюсь.

— Вообще, я собирался сделать это сам.

— А вот и нет. — Она выуживает из своей сумки шпильку для волос. Ее улыбка идеально передает то, что я сейчас чувствую: яркая, раскованная и абсолютно головокружительная. — Правда или действие?

50

Мия

— Ты же понимаешь, что рано или поздно тебе придется выбрать правду? — интересуется Себастьян.

Я плюхаюсь рядом с ним. За последний час я успела разыграть Пенни по телефону, постоять на голове (раньше я часто исполняла этот трюк на вечеринках), назвать, не прибегая к помощи телефона, все видимые на нашей части неба созвездия и попозировать на краю крыши, как Роза из «Титаника». Последнее, судя по всему, Себастьяна напугало даже сильнее, чем меня, потому что, только взглянув на это, он поспешно притянул меня в свои объятия.

И почему я раньше боялась высоты? Теперь я даже не могу вспомнить. Стоять там, раскинув руки и ни за что не держась, было так прекрасно, что мне казалось, будто мое сердце вот-вот выскочит из груди. Когда Себастьян обнял меня и отвел подальше от края, я целовала его до тех пор, пока не начала задыхаться, чувствуя лишь вкус газировки и шоколада на его губах. Даже теперь мне еще не вполне удалось восстановить дыхание. Я поворачиваюсь к нему, и меня окутывает успокаивающий запах его тела.

Не знаю, как он догадался, что эта игра — именно то, что мне сегодня нужно, но я невероятно благодарна ему.

— Ну, либо тебе так и придется выдумывать для меня дурацкие действия. — Я приподнимаюсь на локтях. Себастьян убирает у меня из волос сухой листик. — А ты ведь еще даже стриптиз не загадывал.

Он проводит пальцами по моей руке.

— Я об этом подумаю.

— Сейчас моя очередь. Может, мне первой заставить тебя станцевать?

Он усмехается.

— Так сильно сладкого переела?