— Тогда что ты вообще здесь делаешь? — Я закричала на него, игнорируя удивленные взгляды людей, стоящих возле моей кабинки. — Если так сильно ненавидишь музыку?

Он оглянулся на меня достаточно долго, чтобы сказать:

— Похоже, я ошибся вечеринкой.

Глава 2

У него в кабинете горел свет, когда я заехала на подъездную дорожку после вечеринки. Я взглянула на светящиеся часы на приборной панели. 12:07. Слишком поздно, чтобы он бодрствовал, но, естественно, он ждалменя. С тех пор как начала работать диджеем допоздна, он всегда ждал меня, чтобы убедиться, что вернусь домой целой и невредимой. Я пыталась донести до него, что на меня не будут нападать толпы девочек-подростков; не стоило показывать ему видео с фанатками Джастина Бибера на YouTube.

Я открыла и тихо закрыла за собой дверь. Голова Деда выглянула из-за старого потертого кресла перед телевизором, который был включен с приглушенной громкостью. Даже не видя этого, я знала, у него на коленях газета с кроссвордом. Я сняла обувь у дверей и подошла к нему.

— Как прошло? — спросил он, глядя на меня поверх своих толстых очков для чтения.

Я поцеловала его в макушку, приглаживая назад редкие седеющие волосы. Комментарий Фланелевого мальчика снова взорвался в голове с новой силой. Как он мог.

— Хорошо, — сказала я, подавляя свой гнев. Ему не нужно было знать ни о какой моей диджейской драме. Он и так слишком сильно беспокоился обо мне, хотя через два месяца я уезжала в колледж. — Скучновато. В конце концов, это была вечеринка для тринадцатилетних.

Дед указал в сторону кухни, которая была видна через дверной проем гостиной. На кухонном столе стояла тарелка с баклажанами и пармезаном, а также салфетка, вилка и нож.

— Мы оставили тебе немного ужина, — сказал он. Его лицо расплылось в улыбке.

Ладно, возможно, я была немного избалована.

— Итак, где мой торт? — спросил он, прищурившись на меня.

— Не уверена, что тебе стоит есть торт, — сказала я строгим голосом, стараясь произвести тон голоса Ба (от англ.: Mimi — ласковое прозвище) от grandma/Grammy — бабушка/бабуля/Ба) — Знаешь, у тебя есть некоторые проблемы со здоровьем.

Лоб деда наморщился, и он погрозил мне пальцем.

— Не забывай, кто здесь взрослый. Я разрешаю заниматься этим бизнесом ди-джея только ради торта. А теперь не жадничай и неси сюда торт.

Я рассмеялась. Деда шутит. Я вытащила аккуратно завернутую в пластик бумажную тарелку из своей поношенной сумки.

— Держи, дорогой многолетний Дедуля (от англ.: Papi — ласковое прозвище от Grandpa/Papa) —подразнила я его, доставая розово-белое сладкое лакомство. Никогда не было секретом, что мои настоящие родители не справлялись с моим воспитанием. Деда и Ба — моя бабушка — выполняли двойную родительскую обязанность в качестве моих законных родителей. Их дочь Андреа отдала меня на усыновление, как только я появилась на свет.

Голубые глаза Деда, которые я унаследовала, расширились от восторга.

— Ты ангел, КэтиЖу.

на и сбросила сумку. Пружина впилась мне в зад. Как и большая часть мебели в их маленьком домике, расположенном в одной из долин Эшвилла, диван был старше меня. У нас никогда не было лишних денег, так что мебель была сильно изношена. Эштон назвала состояние нашей мебели «несомненно художественной».

— Ба уже спит? — спросила я, снимая крышку с чашки кофе, которую купила на круглосуточной заправке по дороге домой.

Деда махнул рукой.

— Да, но ты же знаешь, что на самом деле нет.

— Верно, — пробормотала я в дымящуюся чашку, изучая его профиль. Волна грусти захлестнула меня. Я подумала о комментарии Лидии — и ее выражении лица. Как поживает твой дедушка? Теперь, глядя на Деда, это больше походило на: «Как ты можешь уйти? Что произойдет, если возникнет чрезвычайная ситуация?»

У него были проблемы с легкими, из-за которых он задыхался. И также постоянный кашель.

Артрит Ба не позволял ей передвигаться, как раньше. В прошлом году она сломала бедро.

Причин оставаться поближе к дому, казалось, было бесконечное множество.

— Почему ты так на меня смотришь? — нахмурившись, спросил деда.

— Как? — небрежно кинула я, не отрывая своего взгляда от чашки.

— Как будто ты ждешь, что я в любой момент упаду замертво, — огрызнулся Деда.

У меня заныла шея.

— Это не так.

— Я старый, Кейт, — сказал он, — но еще не умер. — Деда ударил себя в грудь. — В этом теле еще много пороха.