Он целует медленнее, и его язык проникает в мой рот и выходит из него — лучший французский поцелуй во всем мире. Мне кажется, я могла бы заниматься этим вечно. Ну, не вечно. Рано или поздно мне понадобится разрядка, но прелюдия между нами никогда не была такой приятной. Теперь я наслаждаюсь предварительными ласками. Каждый момент что-то значит. Дело не только в кульминации.

Хотя что-то твердое, очень твердое, прямо внутри меня было бы просто идеально.

— Эй, оторвитесь друг от друга, — голос Райка пробуждает меня от блаженных мыслей. Мне в бок врезается подушка.

Ло приподнимает свое тело одной рукой — ровно настолько, чтобы оторвать свои губы от моих и показать, где именно побывала моя рука. В шортах Ло. На его члене.

Стоит ли мне посмотреть? Я бросаю взгляд на Райка, который возвышается над диваном. Мои локти раскаляются до красноватого оттенка. Райк скрещивает руки, на его лице появляется мрачное обвиняющее выражение.

— Диван — это общественное место.

— Мы не трахались, — опровергает Ло с полуулыбкой. — Спасибо за заботу, брат, — он помогает мне вытащить руку из его шорт, потому что я застыла в смущении.

— Еще десять минут, и ты мог бы, — замечает он. — Я, блять, правда хочу пойти. Все скамейки для жима, наверное, уже заняты, так что не мог бы поторопиться?

— Да, дай мне десять минут.

— Только не с ней, — говорит он. — Сейчас середина дня.

Дерьмо.

У Ло дергаются челюстные мышцы, и он поднимается на ноги.

— Десять минут наедине с собой, и мы идём.

Я закрываю раскрасневшееся лицо руками, наблюдая за ним сквозь щели между пальцами. Я не могу прикасаться к себе. Для других людей это не так опасно. Для меня же это может спровоцировать навязчивые идеи. Терять мысли и время на порно и мастурбацию — только не это. Я не хочу регрессировать, не с ребенком, живущим внутри меня.

Мне просто нужно... забыть о пульсации между бедер. Не думай о том, каково это — кончать, Лили. Думай о гадких мыслях. О непривлекательных вещах. Я смотрю на Райка, на его хмурое небритое лицо и общую задумчивость. Это почти убивает мое возбуждение. Почти.

Ло останавливается рядом с диваном, и его взгляд падает на меня.

— Ты пойдешь с нами, Лил.

— Нет-нет-нет, — говорю я. — Я иду с тобой, а не с ним, — я показываю пальцем на Райка, тем самым убирая руку-щит со своего лица.

Райк стонет.

— Правда, Кэллоуэй?

— Не в этом смысле «идешь», Лил, — говорит Ло с небольшой улыбкой, чтобы я не выглядела сексуально озабоченной уродиной. Он толкает меня коленом в плечо. — В спортзал, хорошо?20

Я киваю, чувствуя нервный трепет в животе. Я могу продержаться. Я осознаю, что скрестила ноги. Мне все еще хочется чего-то очень-очень твердого. Не думай об этом. Правильно. Непривлекательные вещи. Райк Мэдоуз. Райк Мэдоуз.

Я выдыхаю.

— Не бросай ее, — говорит Ло Райку. Это не был вопрос.

Его страх остается ещё долго после его ухода, как пыльная буря, которую он поднял вслед за собой. Я думаю, что со мной все в порядке. Мокрая, возбужденная, но я могу подождать до вечера. Никакого порно или прикосновений. Это не то, чего я хочу на самом деле. Лорен Хэйл — мое единственное истинное желание.

Проходит пара секунд, и тишина и неловкость в комнате настораживают меня. Я все еще лежу на диване, боясь раздвинуть ноги в данный момент.

— Поговорим? — спрашиваю я, испытывая искушение просто зарыться в этот диван, как землекоп, и никогда не возвращаться, чтобы увидеть дневной свет.

— Конечно, — грубо отвечает он, и мне становится немного страшно от того, что последует дальше. — Мы должны обсудить то, что мне теперь придется ждать, пока твой парень подрочит, прежде чем мы сможем пойти в спортзал.

Я сморщилась и убрала вторую руку с лица.

— А тебя не пугает, что ты говоришь о том, что твой брат дрочит?

Он закатывает глаза и бросает в меня еще одну подушку. Это серьезно раздражает. Он убийца настроения. Я оживляюсь. Это работает, и я даже не думала, что Райк хотел стать моим сексуальным отпугивателем.

— Кто это спровоцировал? — он указывает жестом на диван. — Ты или он?

— Это было взаимно, — отвечаю я, защищаясь.

Он открывает рот, а затем быстро закрывает его, как будто пытается подобрать правильные слова. Такое случается не так уж часто. Райк говорит со мной импульсивно. Наконец он произносит это: — Ты в порядке?