Мои губы приподнимаются.

— Я понятия не имел, — говорю я. — Мы должны будем сделать что-нибудь с этим позже, — я целую уголок ее губ, и она прижимается ко мне всем телом. Моя рука опускается ей на спину и скользит под пояс ее...

— Лорен, — огрызается Роуз, полностью испортив все.

Я внутренне вздыхаю и оставляю между нами немного пространства.

— Да?

— Как насчет того, чтобы не лапать мою сестру, когда я в комнате?

Раздражение снова вспыхивает во мне.

— Как насчет того, чтобы не трахать своего мужа словесно, когда я нахожусь в комнате, спасибо? — я улыбаюсь.

Роуз смотрит на меня, как на сумасшедшего.

— Я даже не знаю, о чем ты говоришь.

Коннор прислоняется к кухонной стойке и с растущей улыбкой засовывает в рот виноградину. Да, даже когда он ест, его губы растягиваются в богатой ухмылке.

— Я ненавижу твою улыбку, — подражаю я ей высоким голосом. — Твоя отсталая логика не... неважно, — я даже не могу правильно ей подражать. Я отмахиваюсь от нее и направляюсь к двери. Мне все равно нужно позвать брата и Дэйзи. Еда уже приготовлена.

Открывая дверь, я слышу голос Роуз на заднем плане.

— Я не флиртовала с тобой, Ричард.

Я чувствую, как он ухмыляется во весь рот.

— Эй, — говорю я, заходя в гараж и закрывая за собой дверь. — Ужин... — мое лицо вытянулось, сменившись целым рядом эмоций.

Райк и Дэйзи вместе сидят на припаркованном мотоцикле, ее ноги обхватывают его талию, она лежит почти вплотную к канистре с бензином возле руля. Его тело прижато к ее, между ними нет пространства. Он на расстоянии многих миль от невинности.

Самое ужасное: всего несколько минут назад Райк говорил мне, что ничего не происходит. Я не понимаю. Не понимаю, почему он лжет мне. Я спрашиваю его, есть ли у него к ней чувства. Он говорит, что нет. Я спрашиваю его, трахаются ли они. Он отвечает, что нет. Я спрашиваю его о чем угодно, и он дает мне ответы, которые, по его мнению, я хочу услышать. Он ходит вокруг меня на цыпочках, а мне просто нужна чертова правда.

Каждый день мне кажется, что я схожу с ума.

Гнев переполняет меня. Из самых разных мест. Я не могу это остановить. Райк слезает с мотоцикла, делая вид, что ни в чем не виноват. Дэйзи следует его примеру, и когда они оба стоят на бетоне, я срываюсь с места.

— Я что-то прервал? — спрашиваю я брата.

— Нет, — отвечает Райк. — Мы просто разговаривали.

Я многозначительно киваю. Мои страхи настолько глубоки, что я едва могу их преодолеть. Он может испортить жизнь Дэйзи. Разбить ей сердце. Он может предать меня. И разбить мое. Мне просто нужно, чтобы он дал мне хоть что-то. Пусть скажет мне, что он любит ее. Скажет мне, что это нечто большее, чем я думаю. Что угодно, что избавит меня от сомнений.

Я спрашиваю: — Если вы просто разговаривали, то почему ее ноги были обвиты вокруг твоей талии?

— Ло, — вклинивается Дэйзи. Райк поднимает руку, молча приказывая ей не вмешиваться.

— Мы друзья, — говорит мне Райк.

Это все, что он мне говорит: Мы друзья. Я качаю головой.

— Друзья не занимаются подобным дерьмом, — я показываю на Ducati, на котором они только что были вместе.

Райк сжимает переносицу, его челюсть напрягается.

— Что ты, блять, хочешь, чтобы я сказал?

Что угодно.

— Что то, что я только что увидел, было ошибкой! — кричу я.

Его губы поджимаются. Он просто смотрит на меня. Мне хочется ударить его прямо сейчас. Может, тогда он скажет мне правду.

— Это была ошибка, — говорит Дэйзи. — Я хотела посмотреть, каково это — ехать на мотоцикле задом наперед. Мне нужна была его помощь.

Я перевожу взгляд с одного на другого. Она серьезно?

— Это лучшая ложь, которую ты можешь придумать?

Она улыбается.

— На самом деле это правда.

— Это не чертова шутка, Дэйзи. Он на семь лет старше тебя. У него было больше девушек, чем ты, вероятно, можешь себе представить, — я не хочу, чтобы в ее жизни появился человек, который просто трахнет ее и бросит. Я не могу с этим справиться.

— Нет, — говорит она, — я понимаю, что он спал со многими женщинами, но к двадцати пяти я бы, вероятно, легко достигла такого же числа.

Я морщусь. Иногда мне кажется, что она разыгрывает из себя «я такая зрелая и опытная» только для моего брата.