С другой стороны, слишком уж опасаться было рано. Грузы же как-то перевозят? Не всё же на дирижаблях да по железке. Куча народа просто на лошадках да, по новому веянию, на автомобилях. Хотя-я… на авто, лично я б не решился. Ежели только на том трясучем военном грузовичке? Не знаю даже. Новая техника, не проверенная временем пока. А ну как посреди тайги встанет?

А вот шагоход — это ж совсем другое дело! И проходимость, и скорость. Да и комфорт, чего уж там говорить. Что не говори, за шагоходами — будущее.

Киоски, как назло, долго не попадались, пока я парнишку-газетчика с верха не увидал, да по броне не стукнул: тормози мол.

И уж обстоятельно разносчика выспросил. Кинул ему целковый:

— Держи, малой! Пасху встреть как следует! — он аж на радостях подпрыгивать начал.

Ну и на здоровье! Настроение у меня хорошее. Домой еду!

Доплелись мы тихонько до магазина, а уж там я развернулся во всю душеньку. И карт накупил, два экземпляра: один себе, другой — Хагену, чтоб не отвлекаться лишний раз. И книг — аж три тяжеленных стопки получилось. Мне их шпагатиком перевязали. Сима, любовь моя, читать оченно любит, вот и собирал ей понемногу домашнюю библиотеку. Ну а что? Пусть!

Ну а пока любовался городом. Широко Новосибирск раскинулся, привольно! И видно сразу, что не бедный городок — вон, даже окраины какие нарядные. Сверху, с высоты третьего почти этажа, вид на кварталы пригорода открывался очень приятный — аккуратные ряды каменных домов, утопающие в цветении небольших садиков. Кованые петушки и прочие звери-птицы на крышах. Выметенные улицы. Вон, дядька наличники у дома подкрашивает… Народ к Пасхе готовится, блеск наводит!

Хорошо сверху глазеть! Это тебе не на автомобиле кататься, тут высота и простор присутствуют! Главное провод или веревку какую не снести. Но обошлось.

Так потихоньку прокрались мы на самый тракт — а там уж понеслись! Хаген особливо гашетку-то не жал, так километров под сто, сильно сто двадцать. Да и то, хочу сказать ветер в ушах свистит!

До Кемерово где-то за три часа добежали, а там на заправку. По новой-то моде, на кажном тракте по выезде с города заправки стоят. Для тракторов и автомобилей, вестимо. Вот и нам тож пригодилось! Я ещё в Новосибирске двухсотлитровую бочку велел закачать и на крышу приспособить. А ну как сточная нехватка дизеля обнаружится? Откудова его посреди дороги брать? Вот и я о том же… Но подзалиться — никогда не лишнее.

Самое забавное, что шланги заправочные у них на всех заправках поголовно короткие. Даже ежели в бивуачное положение «Саранчу» усадить. Добрых два метра всегда не хватает. Но! Мы ж учёные! Удлинитель всегда с собой. Хотя заправщики и косились.

Заодно в сторонку отошли да сами подзаправились — даром, что ли, термоса с собой везём?

Следующая большая остановка ещё почти через три часа — большое село Боготол. Заодно на ужин подзатарились, чтоб сухпайком не давиться. Пирожки прям с пылу с жару бабулька продавала. Ну, мы и скупили цельный лоток. И весь брусничный взвар, какой у неё с собой был, в наш пустой термос перелили. Вы бы видели бабулкин разинутый рот — чай не часто у неё с шагоходов печево покупают! А и хорошо! Хаген там же чаю попил да снова в кресло первого пилота залез, «Саранчу» вдоль тракта ведёт, я сижу, чаёк ягодный из термоса прихлёбываю, пирожками заедаю. Лепота!

Через час проскочили Ачинск — городок небольшой, но гордый, со строгим указателем, что всей тяжёлой технике полагается в обход города по окружной дороге пилить. Ну, полагается — так полагается, мы и попилим.

ЛЕТИМ!

На съезде с окружной на основной тракт Хаген остановил шагоход и попросился отдохнуть. И правильно, мы ж не в боевом выходе, чего чрез меры преодолевать-то? Поменялись, я пристегнулся, шлем одел — и как накатила ностальгия, и-е-ех! Быстрей, быстрей… дело к вечеру уже, дорога пустая, считай — так и тянет разбежаться!

На очередной развилке у сельца небольшого вильнули — а дальше тракт прямой, как стрела.

— Ну что, посмотрим, каковы мы на пределе скоростей? — спросил я Хагена, который на крышу не полез, а пристраивался уже во втором кресле вздремнуть. Он на меня глаза вытаращил, давай на всякий случай страховочными ремнями пристёгиваться.

Короче, полетели мы вообще на все деньги.

Честно скажу, на ста пятидесяти на шагоходе уже страшновато. Этакая бандура несётся! Сто восемьдесят я на пробу после замены движка в чистом поле выжимал. А тут — лес густой по краям дороги вплотную стоит. Хорошо, вдаль видать, что нет никого — летим посреди!

— Сто девяносто два! — сообщил Хаген напряжённым голосом.

— Эх, мне бы наверх залезть — все двести выжали бы!

И тут через дорогу лось как ломанётся!

Ядрёна колупайка!

Вильнул я непроизвольно — руки от неожиданности дрогнули. И прыгнул на чистых рефлексах. «Саранча» на обочину выскочила, землю взрыла… Затормозить я смог у самых деревьев.

Матерились мы хором от души минуты три, пока пар не выпустили.

— А этой скотине рогатой хоть бы что! — сердито завершил свой относительно культурный спич Хаген.