Я наклонил голову и еще раз прощупал иллюзию вторым зрением, однако в зеркале… да и вокруг меня, насколько я мог увидеть… не виднелось никаких следов, которые подсказали бы, что на мне действительно висит что-то постороннее. Моя внешность выглядела совершенно естественно. Мои руки, волосы, ногти… кожу можно было потрогать, и она на самом деле оказалась теплая. Я мог спокойно наморщить лоб или нос. Мог дотронуться до щеки пальцем. И при этом ничто… нигде… даже близко не намекало, что это лицо не настоящее. Причем даже я сам не мог понять, где заканчивалась иллюзия и где начиналось мое настоящее тело.

Одним словом, работа мастера.

Думаю, если уж я сам не мог отличить себя от оригинала, то посторонние тем более этого не сумеют.

— Чего мне опасаться? — поинтересовался я, повернувшись к Кри. — В клубе есть блокираторы магии? Какие-то другие маготехнические устройства, которые могут создать проблемы?

— Только камеры. Но с умением снимать отпечатки ауры, поэтому иллюзия должна быть максимально достоверной.

— А ее саму не засекут?

— Нет. Маги третьего уровня и выше способны обмануть неспециализированную технику, так что в этом плане тебе не о чем беспокоиться. Продержится иллюзия примерно до четырех утра, после чего спадет. Но до этого времени, надеюсь, все так или иначе решится.

Хм. Маг выше третьего уровня, говоришь?

Надо будет это запомнить.

— С Бешем в клубе должен быть сопровождающий? Друзья? Девушка? Телохранитель?

— Нет. Как правило, он не пользуется услугами охраны в подобных заведениях, но за тобой, разумеется, присмотрят. От обычных его друзей я тебя на сегодня тоже избавил. По слухам, вы в ссоре, поэтому все заинтересованные лица должны узнать, что ты будешь один. А вот девушек Беш старается находить прямо в клубе.

— Какие-то предпочтения в этом плане у него есть?

— Фигуристые. Дерзкие. Доступные.

— Ясно. Стимуляторами и легкими наркотиками небось тоже время от времени догоняется?

Кри криво усмехнулся.

— Я за этим слежу. Поэтому нет. Не рискует, даже если и есть у него такое желание.

Я еще немного подумал, а потом снова включил запись с голосом прототипа и попросил Эмму отметить его особенности. Как Беш говорит, где растягивает гласные, где обычно ставит паузы, насколько эмоциональна его речь… Надеюсь, конечно, что знакомые в клубе если и будут, то немного. А если вдруг что, то прикинусь пьяным. Мол язык заплетается, башка совсем не варит, своих не узнаю и, вообще, меня можно брать голыми руками.

— Еще тебе понадобится это, — сказал Кри, когда мы сели в машину и отправились в означенный клуб. — Его персональный идентификатор. Настроен на тебя и твою настоящую ауру, но внутри есть маячок, а в списках контактов значится мой номер. Маячок нестандартный. Обычным глушилкам подвержен слабо. Поэтому, что бы ни случилось, мы всегда сможем тебя отследить.

— Тревожная кнопка у него где-нибудь предусмотрена? — уже больше для проформы уточнил я.

— Нет. Но если ты повредишь экран, я буду знать, что кнопка сработала.

Я понятливо кивнул, после чего задал еще несколько уточняющих вопросов. Ну а ровно в десять тридцать мы подъехали к сверкающему разноцветными огнями и сияющему в ночи, словно бриллиант, элитному ночному клубу «Звезда», в который при других обстоятельствах я попал бы годика этак через три. А то, может, и вообще не попал, учитывая стоимость билетов.

— Твой пропуск, — сказал напоследок Кри, повесив мне на ворот рубашки какой-то неприметный значок в виде небольшой бриллиантовой звездочки. — Охрана тебя знает. Но с ними ты обычно не заговариваешь, считаешь это ниже своего достоинства. А вот девок клеишь только так. Да и танцпол для тебя — вполне привычное явление.

Я мысленно скривился: танцы я не любил и на дискотеках даже в прошлой жизни отжигать не умел. Затем так же мысленно вздохнул: если понадобится, то все равно придется. После чего терпеливо выслушал от Кри последние инструкции и, закатав рукава рубашки, решительно взялся за ручку двери.

[1] Криминальная среда.

Известный столичный клуб «Звезда», как и ожидалось, выглядел примерно так, как и обычный дорогой клуб в моем родном мире: вызывающе ярко освещенное здание с причудливой, резко выделяющейся архитектурой, роскошной входной группой, громкой вывеской, обилием зевак и охраны на входе, а также обязательным фэйс-контролем и персональными пропусками, которые даже в темноте были видны на одежде невооруженным глазом.

Правда, я, когда выбрался из машины и попал под яркие огни фасада, то чуть все не испортил, внезапно обнаружив, что моя рубашка из изумрудной вдруг без предупреждения сменила цвет и превратилась в кислотно-злобно-салатовое нечто, от которого яростно зажгло в глазах.

Зато внимание к себе я однозначно привлек. По крайней мере, в мою сторону начали оборачиваться. Так что я выпрямился, сделал морду кирпичом и, не дожидаясь, пока привезшая меня дорогая машина отчалит, целеустремленно двинулся к дверям.