Удар.

«Не притворяйся. Я знаю, что ты этого хочешь».

Удар.

Осколки отлетали в стороны, когда я снова и снова замахивалась и ударяла по всему, что видела. Вокруг меня царил хаос. Ещё несколькими минутами ранее всё здесь было почти цело.

Но не после того, как я начала вспоминать.

Ненавижу.

Ненавижу.

Ненавижу.

Руки страшно болели из-за тяжести металлической биты, которой я размахивала из стороны в сторону, ломая старые деревянные столы и стулья, мониторы и стеклянные рамки с фотографиями. Перед глазами всё плыло.

Когда уничтожать было нечего, я остановилась среди мелких и больших осколков, и несмотря на то, что вокруг меня царил полнейший беспорядок, внутри постепенно стало нарастать спокойствие.

Свобода, хоть и частичная, тем не менее свобода от постоянного желания сделать с теми ублюдками то, что я сделала с предметами в этой комнате.

Комбинезон прилип к вспотевшей коже, волосы, выбившиеся из причёски, щекотали лицо, дышать было практически нечем. Здесь можно попить? В горле ужасно пересохло.

Как долго я была занята?

И… где Деметрио?

Я повернулась в сторону выхода и тут же нашла его. Он стоял у двери, сложив руки на груди и следя за мной. За всё время, что мы находились здесь, он не сдвинулся со своего места? Его тело выглядело напряжённо. Я сняла шлем, прохладный воздух соприкоснулся с моим горящим лицом.

– Почему…

– Скажи мне честно, – потребовал Деметрио, оттолкнувшись и направившись ко мне. – Кто-нибудь из них дошёл до конца?

Он словно находился в моей голове во время процесса. Слышал их голоса. Видел людей перед своими глазами, как и я. Мне бы не хотелось помнить, но я помнила. Каждого из них.

Однако, скорее всего, наш разговор в коридоре был подсказкой для него.

– Нет.

– Честно?

– Зачем мне лгать тебе, Деметрио? Думаешь, я не желаю увидеть каждого из них в гробу?

– Желаешь? Скажи мне их имена, Куколка, и я всё устрою.

Если бы я только знала…

В большинстве своём это были незнакомцы. Я встречалась с ними всего раз или два, но даже так они смогли засесть в моей голове на долгие годы. Меня сильно пугал тот факт, что они были чьими-то отцами и мужьями, поэтому я бы позволила Песцу разобраться с ними, чтобы никто и никогда больше не пострадал, если бы знала, где их искать.

Мой шлем с грохотом ударился о битое стекло, когда я выпустила его из рук, чтобы прикоснуться к Деметрио, который остановился прямо напротив меня.

– Моё прошлое не обременяет наше будущее. – Подушечки моих больших пальцев ласкали бледную кожу его щёк. – Как и твоё.

Всё, что когда-то с нами сделали, изменило нас, однако это совсем не значило, что боль и обида властвовали над нами. Мы сами решали, кем нам быть.

– Наше настоящее.

Я бы могла упустить его, если бы поддалась страху и ненависти. Я всё ещё чувствовала это по отношению к другим. Но не к нему.

– Никто не имеет значения.

Частично это было ложью, так как шквал эмоций, от которых я только что освободилась в этой комнате, напоминал о том, что каждый встреченный нами человек безусловно оставлял за собой след, даже если мы этого не осознавали.

Только ублюдки, которые когда-то нанесли мне вред, через меня же сделали это и с Деметрио. Я знала, как это ощущается, поэтому хотела, чтобы он перестал это чувствовать. Перестал думать об этом.

Сегодня, как и каждый последующий день, мы посвящаем друг другу.

Ухватившись за затылок Деметрио, потянула его на себя и поцеловала. Его губы не стали противиться моим. Конечно, нет. Они сразу завладели ими в ответ, кусая, облизывая и посасывая. Только мои ответные действия были лишь отвлекающим манёвром, чтобы в итоге сделать то, зачем я вообще это начала.

Свободной рукой нащупала воротник его комбинезона и следом застёжку, после чего медленно потянула её вниз. Другой ладонью стала спускаться по его шее, будучи уверенной, что не смогу ощутить мягкость кожи, пока не раздену его полностью.

Однако…

– Где твоя одежда? – спросила, оторвавшись от парня.

Мне открылась его голая грудь.

Деметрио усмехнулся, поджав губы.

Я снова потянула собачку, расстёгивая комбинезон ещё больше, и попыталась заглянуть глубже, но там было слишком темно. Однако я уже видела то, что скрывалось внутри. И трогала. И пробовала на вкус.

– Совсем ничего?

Пусть будет так. Пожалуйста.

– Хочешь проверить?

– Хочу.

Парень удивился, так как иногда я скрывала от него свои истинные желания, чтобы в конце концов он вытянул их из меня силой, потому что мне нравилось, как именно он это делал.