А дальше?

Честно, я старалась не думать.

Хотя стоило.

Будущее было туманно.

Мечты, которыми я грезила, становились всё более недостижимы. Нужно было как можно скорее решить, что делать дальше, пока жизнь не превратилась в бесконечный круговорот, в котором с каждым днём я всё больше становилась не собой.

Предназначение.

Моё место было не здесь.

Это лишь промежуточная станция перед тем, как я наберусь сил, выйду на улицу и сделаю что-то, что изменит положение. Сомневаюсь, конечно, что в Рино в меня совершенно случайно врежется профессор медицинской школы Гарварда, без причин разглядит во мне потенциал и предложит учиться у него, но… фантазировать об этом перед сном было даже немного забавно. Такое вообще возможно?

Однако Гарвард был недосягаем даже при жизни мамы.

Цена на обучение возрастала с каждым годом, а у меня не осталось почти ничего из тех денег, что Мэй дала мне. Моих накоплений едва бы хватило на дорогу до Массачусетса.

Деньги.

Деньги.

Деньги.

Постоянные мысли о них раздражали меня, но я поняла важность их наличия, когда в доме перестала появляться еда и мне пришлось продать несколько своих вещей, чтобы купить поесть. Первое время я делилась с отцом, надеясь, что скоро он придёт в себя, найдёт работу и поймёт, как много я делала для нас.

А потом у меня почти ничего не осталось, и я стала есть на улице, чтобы он почувствовал себя голодным, как я, и наконец сделал хоть что-то. Только этого не случилось. Спустя некоторое время я решила узнать, ел ли он что-то сегодня, и он ответил, что ел, но не спросил меня в ответ.

Как ему могло быть настолько всё равно?

Почему они такие? Почему?

Мамы никогда так не поступали.

Они отдавали последний кусок торта под предлогом того, что не хотели, и встречали со школы с горячим обедом.

Не всегда, конечно. Моя много работала. Но когда у неё появлялся шанс, она всегда им пользовалась.

А он? Что он сделал для меня?

Лезвие заскользило под кожурой, отделяя её от картофеля в моей руке. Я не представляла на месте овоща часть тела своего отца. Нет. Но я злилась, вспоминая о нём. Всегда. Ничего хорошего не приходило в голову, когда он становился частью моего внутреннего монолога.

Забыла ли я то, что можно было вспомнить?

Или этого вовсе не существовало?

Ты сделал что-то хорошее для меня, папа? Позаботился обо мне? Защитил? Ты не интересовался, как у меня дела, что я чувствую, чем живу. Ничего, словно я никто. Ты был обязан делать это и вести себя как мужчина, а не лентяй-пьяница, в конце-то концов!

Картофель с плеском упал в воду, когда я резко сжала ладонь и он выскользнул из неё.

Кончик ножа врезался в среднюю фалангу безымянного пальца и оставил неглубокий порез. Пузырь из крови тут же стал набухать, поэтому я прижала его к губам. Металлический привкус распространился по рту.

Глаза опустились к контейнеру, доверху наполненному чищенным картофелем. Даже не заметила, как управилась со всей работой, пока перекручивала в голове одни и те же мысли, будто они успокаивали, а не пугали.

Но страх – ключ к решению проблем. Если решишься пересечь черту, в итоге обязательно будешь вознаграждён.

Я должна была что-то сделать.

Должна была не стать своим отцом.

Но не сегодня. Сегодня уже поздно. Возможно, завтра?

В любом случае, пока мне не исполнится восемнадцать, мне лучше прятаться.

Встав с табуретки и прихватив с собой тяжелый контейнер, вышла из кладовой, которая превращалась в мою спальню каждую ночь с тех пор, как я появилась здесь, подошла к двери и открыла её с помощью локтя.

Сегодня перед сном я собиралась представить, как мне на голову резко падает миллион долларов и…

– О! – Я остановилась, когда увидела перед собой человека, которого в это время здесь обычно никогда уже не было. Часть воды из контейнера выплеснулась на пол из-за того, как я подпрыгнула. – Томас…

– Это всего лишь я, – подтвердив, улыбнулся он.

Его тёмные кудрявые волосы были аккуратно уложены на две стороны, однако лицо выглядело уставшим после десятичасовой смены, которую он провёл на этой кухне сегодня в роли повара.

– Ты напугал меня, – призналась я, продолжив свой путь до холодильника. – Что ты здесь делаешь?

Парень поплёлся следом за мной и открыл одну из створок, чтобы я могла без труда поставить туда тару с картофелем.

– Спасибо.

Раньше он никогда не задерживался.