Сзади по плечу Тадича похлопал уже знакомый мне лётчик Саня Клюковкин. Сейчас он выглядит более серьёзно, чем в последнюю нашу встречу.

Экипировался он весьма толково. Обмундирование из ткани номэкс, а разгрузочный жилет весьма функционален и плотно прилегает к телу. В нём запас магазинов, гранаты, пистолет и ещё с десяток нужных вещей. Для выживания самое-то.

— Пропустите, друже, — отодвинул он в сторону Предрага.

Подполковник сербской разведки от такой простоты был в шоке. А что он сделает Шурику?

— Привет, Серый! — поздоровался он со мной и встал рядом. — Еле отбили командира.

Тадич встал и показал Виталику на свой служебный автомобиль.

— К повтору готовься, Сан Саныч. Через час у вас вылет обратно. Там ещё много работы, — спокойно сказал Виталик и ушёл за Предрагом.

Саня залез в грузовую кабину и достал термос с горячим чаем.

— Для согрева у меня только чай с мятой. Угостишься? — спросил Клюковкин и я принял от него небольшую кружку с горячим напитком.

Поговорив о сегодняшнем боевом вылете, я быстро заметил за Саней схожесть со мной. Он находчивый, рассудительный и быстро соображает.

— Короче, вы и ПВО перегрузили, и отвлекающие действия провели. Ну и массированный удар вам удался. А откуда столько «мопедов» взяли?

— Кого?! — удивился я и насторожился.

— Ну барражирующие припасы. «Пчёлы», которые издают характерный звук, похожий на тот, что издают двигатели мопедов.

Удивительно! Насколько точное попадание в прозвище для таких боеприпасов. В будущем неофициальное название «мопеды» к ним буквально приклеится.

— Ладно. Понял, что не расскажешь, — улыбнулся Саня.

К нему подошёл бортовой техник и уточнил дальнейшие действия.

— Вы к себе? — спросил я, когда Клюковкин вернулся ко мне и вновь налил чай.

— Да. Задач много. Иваныч постоянно что-то придумывает. Ну а противник такой хитрозадый, что иногда голова болит от решения головоломок. Но мы всё равно победим, — сказал Саня и по-дружески приобнял меня за плечи.

К вертолёту подъехали люди Тадича. Значит, уже куда-то надо убывать. Гибель Видича отвлекла от анализа сегодняшних действий и удара по базе в Авиано.

— Идти надо? — спросил Клюковкин.

— Да. Не каждый день американцам доставляют такие «подарки», как сегодня. Ночь может быть долгой и тяжёлой.

Саня взял у меня пустую кружку и сложил вместе с термосом в рюкзак.

— Будьте внимательны. В НАТО считают, что операция на Балканах затянулась. Так что, могут нарастить давление.

— Правительство страны на переговоры не идёт. В Боснии войска Сербии имеют успехи, как я понял. А наше руководство в Москве занято выборами. Ничего не упустил? — уточнил я.

— Нет, но я бы хотел у тебя поинтересоваться кое о чём. Слышал, что ты уже пересекался с группой парней из американских ВВС и ВМС. Это те, которые действуют… нестандартно. Так вот, они очень «расстроены» тем, что один из товарищей в сербском плену.

Похоже, что про группу американских пилотов, выполняющих специальные задачи, известно не только узкому кругу людей.

— Я даже и не сомневаюсь, что будет «ответка». Мы готовы дать отпор.

Саня посмотрел по сторонам и подошёл ближе.

— Серый, поверь моему опыту. Надо быть готовыми умереть, чтобы дать им отпор.

Похоже, что Клюковкин имел опыт противостояния с подобным спецотрядом. Но его фраза наталкивает на мысль, что не особо ему хочется вспоминать об этом.

— И насколько успешен твой опыт?

Саня покачал головой и промолчал. По его лицу видно, что не очень он хотел бы этот опыт вспоминать.

— Настолько, что не хотелось бы больше его получать. Цена победы была слишком большой, — ответил Клюковкин, пожал мне руку и направился к вертолёту. — Береги себя, Серёг! У нас ещё дома много дел. Надо вернуться живыми.

Приятно встретить такого человека. Чувствуешь в нём родную себе душу.

Придя в хранилище, ко мне снова начали подходить инженеры и техники, поздравляя с успешным выполнением задания. Особенно были довольны те, кто отвечал за вооружение и пуски БПЛА.

— «Пчёлы» отработали на ура! Одна не стартовала, ещё две сбили над Хорватией. Остальные долетели и попали куда надо, — радовался один из инженеров.

— Да что ваши насекомые! Вот наши «Харитоши» вошли по самые… я извиняюсь. Зато их в министерстве решили забраковать. Мол «не нужны», «лишняя трата денег», «мы воевать больше не будем»…