— Надо дать возможность Сербам вывести авиацию из-под удара. Взлетаем и перекрываем пространство вдоль границы с Боснией. И готовимся встретиться с американцами.

Все переглянулись между собой, а Рустам вопросительно посмотрел на меня.

— Они же только бьют крылатыми ракетами, — заметил Токаев.

Я достал из внутреннего кармана карту, чтобы показать район нашего дежурства в воздухе.

— Вот граница с Боснией и крупный город Тузла. Предполагаю, что наносят удары с этого направления. Значит, перекрываем границу и не даём войти самолётам тактической авиации. Наши ракеты позволяют бить на 100 километров.

— А их? — уточнил Пётр Аркадьевич, но вопрос был скорее с укором.

— И их тоже. Попытаются выполнять пуски, так что не забывайте про «Оберег», — напомнил я про комплекс постановки помех на МиГ-29.

Вася хлопнул в ладоши, но тут же призадумался. Взяв у меня карту, он сделал «умный» вид, что изучает её.

— Эт самое… а не проще затянуть «матрасников» к нам на территорию? Пущай их ПВО пощёлкает.

— Предполагаю, что приграничное ПВО уже выведено из строя, — развенчал я веру Василия в помощь с земли. — И кстати, ты со мной в паре полетишь.

Аркадьевич вполне уже вошёл в форму и может быть ведущим в паре. Тем более, сегодня погонялся за Ф-16.

В очень быстром темпе наши МиГ-29 были подготовлены к вылету. Также быстро их выкатили на площадку для запуска перед хранилищем. В это время сербы уже начали выруливать со своих мест на стоянке. Первые самолёты поднялись в воздух и заняли курс на аэродромы рассредоточения.

Пока я запускал двигатели, слышал кого и куда перенаправляют. В воздухе полная неразбериха. То высоты не те, то курс в другом направлении дают. Самым сложным было вообще найти аэродром для посадки.

— В Приштину нельзя! Разворот на обратный и следуйте в направлении Вршаца!

Этот аэродром находился недалеко от границы с Румынией. Видимо командование посчитало, что ударов по нему не будет, и можно выводить самолёты туда.

— Подгорица под ударом! Разворот на Ниш! — подсказывал руководитель полётами экипажам в воздухе.

Удивительно, что Ниш ещё открыт. Там военная база сербов и вполне НАТОвцы могут по ней ударить.

Многофункциональные дисплеи ярко светили, отображая для меня нужную информацию. Техники уже сняли предохранительные чеки и ждали момента на выруливание. Я посмотрел на своих коллег. Они ещё продолжали запускаться. Времени очень мало. В любую минуту будет прилёт, и тогда уже никто не взлетит.

— 711й, готов, — доложил Рустам.

Следом за ним вышли в эфир Пётр Аркадьевич и Вася.

— Вышка, группа 711го готова к выруливанию, — доложил я.

— Подруливайте к полосе, — быстро сказал руководитель полётами.

Ему сейчас очень сложно. В воздухе множество самолётов, которые надо отправить на перебазирование. Какую-то часть техники уже прячут в хранилища, а какие-то самолёты просто «раскатывают» по аэродрому на большом расстоянии друг от друга. Так можно минимизировать число потерь техники.

Самолёты сербов продолжали уходить в ночное небо. На тёмном фоне пламя форсажей выглядят как огненные конусы.

— 711й, на исполнительный. Отход левым разворотом на курс 280°, высота 7000, — доложил я.

— Выполняйте.

Я занял место на полосе и дождался, пока вырулит мой ведомый. Вася достаточно быстро занял своё место и доложил о готовности к взлёту.

— 3й, выводим. Обороты максимал! — громко сказал я, продолжая удерживать вибрирующий самолёт на форсажах. — Паашли!

Разбег по полосе. Скорость растёт, нос самолёта вот-вот начнёт подниматься.

— Отрыв!

— Шасси убрано. Справа на месте, — доложил Вася.

— Влево с креном 45°, разворот через «точку». Паашли!

Плавно начали разворот. Контролирую, чтобы все параметры держались ровно и без резких скачков. Пока в способностях Василия я не совсем уверен.

— Ближе держись. Не отставай, — сказал я в эфир, заметив, что Долгов слегка уходит в сторону.

— Понял.

Постепенно заняли нужную высоту и направились в сторону границы. Управление нами принял пункт наведения, находящийся рядом с Боснией.

Включил локатор и начал просматривать воздушное пространство. Пока никаких меток в районе Тузлы не видно. С земли постоянно сообщают, что наблюдают приближение НАТОвских самолётов, но пока только видны помехи на локаторе.

— 711й, наблюдаю. Справа под 30°, дальность до цели 130, — подсказал нам офицер боевого управления.

Как эта должность называется у сербов, трудно сказать. Но смысл один тот же, что и в Союзе.

— Понял, — ответил я и подвернул в сторону метки.

Она постепенно приближалась, но никакого облучения не было.