— Если сбитый АВАКС хоть на сутки отвадит от нас авиацию НАТО, можно сохранить несколько десятков жизней. И хоть один день, но люди поспят спокойно.

Поблагодарив Валеру за совет, я вышел из кабинета. На улице уже было темно, так что пора возвращаться в Нова Нада.

У Анны и Драгомира, как и всегда, был полный стол еды. Тут и чорбой, и плескавица, и чевапы! Само собой, дел Драгомир достал ракию и начал попивать из чашицы. Ощущение такое, будто праздник какой-то отмечаем.

— Сергио, а расскажи нам о себе. Мы знаем, что ты русский. Ведь живёшь уже с нами так долго…

— Надеюсь, не выгоняете? — улыбнулся я.

Дед и бабушка громко посмеялись. Сомнения у меня рассказать им о себе или нет. Вкратце, думаю можно. Не зря же именно к ним меня определил Тадич.

Мы вышли на свежий воздух, где Драгомир закурил трубку. Анна, укутавшись в платок, села рядом с разлёгшимся псом Йосей.

Огромная собака выглядела спокойной, но с первых минут моего прихода изначально гавкала куда-то в сторону реки.

— Там бывает, что косули ходят. Вот Йося их и гоняет, — махнул рукой Драгомир.

— Так что насчёт тебя, Сергио? Есть у тебя семья? — спросила Анна.

— Есть. И ждут меня дома, — ответил я.

Драгомир улыбнулся, а вот бабушка Анна немного загрустила.

— Ты жертвуешь собой ради нас. Ведь твоя семья может осиротеть в любой момент. Разве наш народ стоит этого? — спросила бабуля.

Ко мне поближе подошёл Йося и сел рядом, прислонив морду к ноге. Так и тянется ко мне, здоровяк!

— Мир и люди стоют того, чтобы за них бороться. Особенно на Балканах. Я так воспитан.

Йося радостно гавкнул. На такой радостной ноте мы и отправились спать.

Вторую ночь сплю спокойно. Так тихо, что не хочется подниматься с кровати. Сквозь сон едва можно различить разговоры Драгомира и Анны. Старики встают ни свет ни заря.

Пока ещё сплю, и вижу всё тот же сон. Я в кабине самолёта, а за бортом зелёные холмы и лесополосы. Манёвр один, второй, перелетаю сопку и опять тот же комплекс манёвров.

Но мой взгляд падает на стоящий на горе крест из белого камня. Он почему-то приближается ко мне. Всё ближе и ближе. И вдруг вспышка!

— Он здесь! — услышал я голос на английском языке.

Чья-то рука схватила меня и стащила на деревянный на пол. Удар чем-то металлическим в голову и я провалился в тёмную бездну.

Голова слегка кружилась, а кончики пальцев ног уже начали ощущать сильный холод и что-то вязкое. По телу дрожь, мурашки и зуб на зуб не попадает. Ох, давно мне так не было холодно!

Ещё и тихий плач где-то рядом. Голоса, похожие на мольбу или молитву. И где-то рядом звук прерывистого дыхания.

Ощущение такое, что я попал в чистилище где-то на Севере. Постепенно прихожу в себя, ощущая каждой клеткой что-то мокрое и вязкое под собой.

Постепенно зрение восстановилось, а в нос ударил стойкий запах сырости и… гнили. Открыв глаза, увидел где я нахожусь. Это явно не тёплая кровать в доме сербов.

— Очнулся. Уже лучше. Я тебе говорил аккуратнее с ним! — рыкнул на английском языке стоящий надо мной боец без передних зубов.

Одет он был в камуфлированную форму сербской армии. Амуниция скромная, но количество боеприпасов немаленькое. И оружие у него незападного производства. Похоже, что это югославский автомат М70.

— Да пошёл ты! Ещё я буду со всяким мусором возиться. Им надо, пускай сами едут за ним. Должны спасибо сказать, что мы вообще согласились на эту работу, — ответил ему другой парень.

— Скажут, когда чек выпишут, — посмеялся беззубый.

Я попытался сесть, но голова ещё «перевешивала» всё тело. Судя по всему, меня огрели чем-то тяжёлым и вытащили в лес.

С трудом у меня получилось сесть на промёрзшей земле. Но лучше бы этого не делал. Перед глазами картина была не из приятных.

На небольшой поляне в предрассветных сумерках сбились в кучу местные жители деревни Нова Нада. Их держали на прицеле двое бойцов в схожей экипировке, что и у беззубого, и постоянно пытались заставит молчать пленных сербов.

Ещё двое бойцов стояли слева и смотрели по сторонам. Один с пулемётом М82, а другой с более новой версией югославского «калаша» — М85, аналогом нашего АКС-74У. Чуть левее рядом с канавой стоят ещё двое бойцов, у ног которых лежат два трупа.

Убитых я узнал. Это сотрудники сербской разведки, которые меня всё время охраняли и доставляли в деревню.