— Вот и славно, да к отъезду готовьтесь, через несколько дней отбудем, — приказал я.

Три дня шла подготовка к отъезду. Не один торг мне пришлось обойти в поисках колесцовых пистолей, и не зря. Целых сорок пять штук купил. Как и тридцать пудов пороха и столько же свинца. Ведь надо будет народ обучить еще пользоваться пистолями. Закупал еще сабли, тегиляи с бумажными и железными шапками, кольчуги и многое другое.

Посетил Одоевских и Хованских. Говорил с ними о будущем, что в скором времени от меня человек к ним прибудет с приглашением в гости. Также у них людишек попросил в сопровождение, все-таки серебра повезем немало, а на дороге всякое может произойти. Князья выделили вдвоем целых пятнадцать бойцов.

С дьяком Власьевым побеседовал, не зря с ним мосты наводил. Ведь уже осень и пора собирать «налоги», вот и попросил у него подьячих в помощь. Дабы не обманули меня, ведь деньги мне пригодятся. Ко всему этому сговорился, что мне сопровождение еще выделят, и выделили, тридцать московских жильцов.

Элитные бойцы Московского полка, экипированы по полной, да и было видно, умели саблей пользоваться и тренировались.

Командовал ими сотник Агапка, он был чуть старше тридцати, с огромным шрамом на лице и волчьим, диким взглядом.

С царицей Марией мне не удалось встретиться и поговорить, когда я заявился в женский монастырь и передал монашкам информацию о встрече с царицей, спустя час ожидания мне сообщили, что монахине Марфе нездоровится и принять меня она не может.

«Ну, не захотела, и хрен с ней», — мелькнуло мысль, и я покинул монастырь. А уже утром мы выехали.

Восемьдесят пять бойцов было у меня под рукой. Если считать еще отроков, которые в седле-то с трудом держались, подвод же было с десяток у нас.

Ехали мы небыстро, все-таки груженые телеги замедляли. Были у меня мысли круг сделать и заехать к тетушке, да и с главой Троице-Сергиевой лавры познакомиться, но я отложил эту мысль. Дела ждут, а время дорого, да и по зиме я смогу это сделать.

Отъехали от Москвы на двадцать верст и вывернули на лесную дорогу, вдруг впереди упало дерево и раздалось двенадцать выстрелов.

Глава 20

— Засада, — взревел Олег во все горло.

Я ехал посередине и в момент нападения беседовал с Елисеем.

«Везет как утопленнику», — промелькнуло в голове.

Привстав на стременах, я быстро пробежал взглядом по растянувшемуся по дороге отряду. Выстрелы были сделаны не зря. Двое убитых, один раненый, вот только это были не все потери, один конь встал на дыбы и сбросил всадника, а еще один завалился, подминая седока под себя.

Всюду раздавались крики, ругань и ржание коней.

Стреляли с двух сторон от дороги, там вовсю поднимался пороховой дымок.

— Бей! — Тут из леса повалили люди. Всадникам на узкой лесной дороге было не развернуться, к тому же позади телеги.

— С коней, — первым заорал дед, и к нему тут же присоединился Агапка командуя.

В нашу сторону с дух сторон неслось не меньше пятидесяти противников, многие были без брони, одетые в простые кафтаны, с саблями наголо, у некоторых были копья.

Я выхватил пистоль из кобуры на седле. У меня сейчас было четыре пистоля: два в кобурах на седле и два за поясом, — целых четыре выстрела. Другим давать пистоли, к сожалению, было бессмысленно, ведь их нужно еще освоить.

Прицелившись в здоровяка с копьем, я тут же выстрелил, и он, схватившись за живот, замер, а я, не тратя времени, сунул пистоль в кобуру и выхватил новый.

Пришпорил Черныша, чтобы дым от порохового выстрела мне не загораживал обзор. На этот раз я прицелился в мужика в тегиляе, который указывал рукой на меня, при этом отдавал приказы остальным.

Бах — нажал я на спусковой крючок, по ушам хлопнул новый выстрел, и мужик тут же рухнул с окровавленным лицом. Черныш не выдержал такого надругательства и, заржав, поднялся на дыбы, это-то меня и спасло.

В лесу, оказалось, были еще и лучники, и у меня прямо перед лицом пролетела стрела. Мне даже показалось, что я успел оперение рассмотреть, беленькое такое.

К этому моменту я оставался единственным на коне и представлял собой отличную цель. Успокоив Черныша, я тут же спрыгнул на землю, а вокруг уже шла рубка.

Елисей схлестнулся с двумя и неплохо отбивался, не прошли тренировки зря. Да и бронька с наручами и шлемом делали свое дело.

Отбросив разряженный пистоль, я выхватил новый, сделал два быстрых шага вправо, дабы Елисей не загораживал мне обзор, спокойно прицелился и выстрелил.