Надо было доказать Илину, что мы справимся с любым врагом. Однако я быстро осознал, что это было ошибкой. Имп обрушил на меня шквал кислотных снарядов, летевших так быстро, что даже со Стремительным я едва успевал уклоняться. У меня появилось нехорошее предчувствие. Если ничего не предприму — я проиграю.

К счастью, противник был моего уровня, и мне удалось прикончить его четырьмя выстрелами. Схватка была слишком утомительной. Я сильно вспотел, а на нагрудник попала мерзкая зелёная субстанция, проделавшая в самодельной броне огромную дыру.

— Нет, так дело не пойдёт! — сказал я, снимая прожжённую одежду и аккуратно обрезал ножом места, куда попала кислота.

С сожалением посмотрев на испорченный нагрудник, я положил его в рюкзак и поспешил к соратникам.

— Нет, я не хочу больше сражаться с этими тварями! — со злобой сказал я. — Их легко убить, но кислота — настоящая проблема.

— Понимаю тебя, — кивнул Илин, разглядывая повреждённую броню. — Для таких врагов нужен маг с барьерными заклинаниями или особый класс воителей с повышенным сопротивлением. У нас таких бойцов нет, поэтому мы в невыгодном положении.

Зара выглядела расстроенной:

— Жаль, что я не могу создавать барьеры.

— Твои заклинания и так потрясающие, — я успокоил её, погладив по голове. — Давай найдём врагов попроще.

Поблизости оказалось ещё одно логово монстров, где были более подходящие противники — скелеты. С нежитью невысокого уровня мы точно справимся. Шипы маны Зары хорошо уничтожали врагов, Илин разносил скелетов в щепки своими мощными ударами. Я же использовал момент, чтобы отработать приёмы с кинжалами и улучшить свои боевые возможности. Лук, конечно, хорошее оружие, но я должен уметь сражаться и в ближнем бою.

Скелеты были распространённым врагом в регионах, где жило и погибало много людей, а трофеи с них были отличными реагентами. Кости покупали алхимики для зелий и экспериментов, а пыль использовали священники в храмах. Я даже не хочу знать, как именно они её используют.

После зачистки очередного логова монстров стало быстро темнеть, да и сил у нас осталось не так уж много. Ближайшую округу мы вычистили, и ночью могли не опасаться внезапных нападений, тем более пламя костра вполне надёжно защищало нас от нападения обычных монстров. Пока Илин разводил огонь, мы с Зарой занялись установкой палаток, а затем все вместе стали готовить ужин, повесив над костром котёлок. Сегодня хотелось поесть горячей похлёбки.

Насладившись горячим ужином, мы с Зарой остались у костра обсуждать прошедший день, а Илин, пожелав нам спокойной ночи, отправился в свою палатку и погрузился в глубокую медитацию. Он продолжал ей заниматься каждый вечер. Мы с Зарой пробовали для интереса повторить, но у нас ничего не получилось. Но у медитации нашего монаха был огромный плюс. Если его жизни или здоровью не угрожала опасность, он полностью отключался от мирского. Даже когда ему в ухо кричали матерные частушки, в себя монах не приходил. Проверено.

Зара подошла к Илину, убедилась, что он действительно погрузился в свою глубокую медитацию, и, поманив меня за собой, буквально проплыла в нашу палатку, сексуально покачивая бедрами и виляя аппетитной попкой.

Ну держись, чёртовка! Я ворвался в палатку и буквально набросился на свою подругу. Бурный секс, стоны Зары и дрожь по всему телу от череды оргазмов стали отличным завершением тяжёлого дня.

По дороге в Кобран мы периодически охотились, но основательной зачисткой областей не занимались, так как подходящие нашему уровню монстры встречались редко. Конечно, если бы по пути нам попалось логово с врагами, соответствующими нашим навыкам, мы бы без колебаний задержались там до полного истребления обитателей. Опыт лишним не бывает, да и зачастую можно найти разные ценности. Однако ничего подобного не происходило.

Мы быстро покинули ближайшие к Дрифтену земли, где уровень противников сильно колебался. В дикой местности он поднимался до тридцатого, а у поселений снова снижался до приемлемого значения. Возле деревень встречались и совсем слабые монстры, что давало нам временную передышку и ощущение безопасности. Рядом с логовами низкоуровневых монстров вряд ли появится кто-то сильный. Поэтому мы могли разбивать лагерь практически где угодно. Но это не означало, что стоит снижать бдительность.

Когда я вспоминал, как Илин сперва отказывался отправляться в путь, трудно было поверить, как он изменился. Вопреки прежним убеждениям, монах с энтузиазмом искал подходящие логова монстров и жаждал сражений.

Словно сводя счёты с кобольдами, наш танк отчаянно их искал даже тут. Обнаружив их лагерь, находящийся недалеко от нашего изначального маршрута, мы принялись его изучать для атаки. Он был значительно меньше лагеря, расположенного у подземелья в Дрифтене, но уровень монстров здесь был сопоставим с нашим.

Сам лагерь располагался у подножия небольшого холма и был совершенно неприспособленным для жизни: повсюду валялись камни, земляные кучи и всякий хлам. Ни палаток, ни землянок — здесь не было даже намёка на укрытие. Шахта, связанная с этим местом, оказалась куда интереснее. Она была неглубокой, состояла всего из нескольких туннелей и небольших пещер.