Короче говоря, с черным сектором эти ребята имели больше различного, нежели схожего. Но почему-то же их назвали «черным сектором», явно не случайно! Не только же из-за одного только цвета! Уж скорее наоборот — они себе цвет присвоили именно из-за названия!

— Черные облака! — бросил я Скит. — На тебе!

— Поняла! — ответила Скит, и, вопреки сказанному, нырнула обратно в кабину.

Правда через секунду вынырнула обратно, держа в руках сумку с гранатами. Кинула ее мне, а потом вылезла из кабины полностью, поставила «вектор» магазином на крышу и открыла беглый нервный огонь.

Я перехватил сумку в воздухе, и положил ее перед собой, благо, места хватало и на нее и на то, чтобы оставалась щель для ведения огня.

Надеюсь, что никакая шальная пуля не залетит в эту щель, да прямиком в сумку, наполненную гранатами. Это было бы очень грустным исходом, если учесть, через что мы уже прошли!

Я стрелял короткими, по два выстрела, очередями, чтобы не позволять красным вылезти из-за машин. Автомат при этом я держал только правой рукой, контролирующей спуск, а левой — копался в сумке, чтобы вытащить новую гранату. Достав ее, я на мгновение прервал поток огня, закинул «ящерицу» в подствольник и тут же выстрелил, целя в один из джипов, что пока еще оставались невредимыми.

В этот раз выстрел достиг цели. Никакое черное облако не появилось и не поглотило снаряд на половину пути, не позволяя долететь до цели.

Оно появилось чуть в стороне, буквально в метре, и из него выпрыгнул боец местного черного сектора.

И тут же, едва его подошвы коснулись травы, застрекотал «вектор» и в черного ударили пули.

Черный слегка покачнулся, когда первые свинцовые мухи ужалили его в грудь, отклонился назад, когда очередь переместилась на голову, а потом отклонился обратно — навстречу выстрелам!

Вокруг сплошного шлема вспухло настоящее облачко — крошечные осколки разлетающейся свинцовой оплетки, но ничего сверх этого не происходило. Пули Скит не оставляли даже царапин на неизвестной броне, даже несмотря на то, что она била практически в одну точку — сбалансированная автоматика «вектора» позволяла это делать даже на такой дистанции.

Черный наклонился вперед, словно шел против ветра, и натурально попер на нас, прямо на поток пуль! С каждым шагом он наращивал скорость, будто собирался протаранить ракетовоз своим телом!

— У тебя есть бронебойные?! — спросил я, перенося прицел на черного.

— Нет, откуда! — нервно ответила Скит. — Нахрена они мне?!

— Да вот на такой случай! — ответил я. — Закрой машины!

— Да! — нервно ответила Скит, перекинула прицел на красных и быстро дожгла остаток магазина.

Я же достал из подсумка на груди магазин с бронебойными патронами, любезно предоставленными мне Центурией, воткнул его в автомат, сбросив практически опустевший предыдущий «рожок» прямо на землю, и принялся лупить короткими по фигуре бегущего черного.

Может, он и делал вид, что не замечает слабеньких пулек тарахтелки Скит, но противостоять бронебойному закаленному стальному сердечнику, да еще и имеющему втрое больше внутренней энергии, уже не смог. Как только пули ударили в броню черного, он резко замедлился, а потом и вовсе — покачнулся и упал назад, когда словил несколько попаданий в одно и то же место.

Правда ушло на это у меня пятнадцать патронов, и я все еще не был уверен, что вывел противника из строя — уж слишком живучими казались эти непонятные «черные».

Черт, как будто существуют какие-то «понятные черные»!

Не теряя времени, я оторвал руку от цевья автомата и полез в сумку за новой гранатой, чтобы наверняка добить упавшего.

— Сидеть, суки! На месте сидеть! — вопила Скит, поливая из «вектора» красных за машинами и меняя магазин за магазином.

Я не успел достать гранату — в двадцати метрах от нас вспухло еще одно черное облако, предвещая появление нового противника. Выругавшись про себя, я еще активнее зашевелил рукой в сумке и успел-таки нашарить гранату и закинуть ее в ствол даже раньше, чем облако выплюнуло «черного» в реальность. И даже успел дернуть рычаг затвора гранатомета, выбрасывая стреляную гильзу вышибного патрона и загоняя в ствол новый.

Так что когда облако все же исторгло черного, то первым, что увидел боец, была летящая в его сторону «ящерица».

И последним тоже.

Грохнуло, активные наушники привычно приглушили звук, но вот в глаза сыпануло землей, сорванной взрывной волной — слишком близко произошел взрыв, и пятнадцати метров нет. Я на мгновение отвел взгляд, а когда вернул его обратно, то оказалось, что черный, как и первый, лежит с дырой в груди, не подавая признаков жизни.

А вот второго, которого мы обстреливали из всех стволов, на месте не было! Он успел куда-то деться, воспользовавшись тем, что я оставил его в покое!