– Твоё странное поведение как-то связано с уголовником, который живёт с твоей мамой?

Да бл*ть!

Не знаю, есть ли во мне переключатель с нормального на психа и обратно... Но если есть, то Полина мастерски умеет нажимать на этот тумблер.

– Уже сообщили, да? – рычу я, поднимаясь. – Мамаша твоя постаралась?

– Они обсуждали это за столом, – растерянно и виновато продолжает Полина. – Может... просто... я могла бы чем-то помочь?..

Чем?!

Мы оба уже на ногах. Меня выворачивает наизнанку от её участливого взгляда. Так смотрят на детей-сирот, оставшихся без сладкого подарка на праздник.

– Дела моей мамы никого не касаются, – решительно встаю за мать и за себя заодно. – У нас всё в полном порядке. Её сожитель – нормальный мужик.

– Я поняла, Максим, успокойся! – Полина выставляет перед собой руки и упавшим голосом добавляет: – Не хочешь обсуждать это со мной – и не надо. Ладно, я пойду.

И решительно выходит из комнаты.

Провожаю её растерянным взглядом. Ну чё я сорвался-то, бл*ть? Не привык, что кто-то лезет мне в душу? Да, это так... И признаваться в том, что отчудили мы с Игорьком, я тоже не собираюсь. Это в прошлом.

Жду, когда Поля выйдет из душа. Когда дверь в ванную комнату наконец открывается, проскальзываю внутрь, заталкивая свою принцессу обратно. Прижимаю спиной к двери. Обнимаю.

– Максим! – шикает Полина. – Нас родители увидят!

– И что? – тихо рявкаю я. – Не сексом же занимаемся.

– Ты знаешь, что так нельзя, – давит в мою грудь ладонями.

Твою ж мать! Чё всё так сложно?

Упираюсь лбом в её лоб, пытаясь усмирить дыхание.

– Дай мне просто немного так постоять, – шепчу ей в губы. – Ну пожалуйста, принцесса. Скучаю я без тебя.

Перестаёт сопротивляться, обвивает руками шею. Мы не целуемся, но наши губы в жалком сантиметре друг от друга. Прикасаемся друг к другу рваным горячим дыханием. И телами...

Это как ходить по краю пропасти и мечтать упасть... Но мы почему-то не падаем. Хотя я знаю, почему. Между нами слишком много вопросов без ответов.

– Мы будем сегодня тренироваться? – шепчу ей в ушко, убирая прядку волос.

– Если ты хочешь...

– Больше всего на свете, – касаюсь губами её скулы.

– Тогда да. Студия свободна в одиннадцать.

– Полина! – слышится голос её матери из коридора.

Оба застываем, как каменные статуи.

– Полина! – голос сопровождается стуком в дверь.

Поля открывает рот, который я тут же закрываю ладонью. И отвечаю Жанне:

– Здесь Полины нет.

Ответила бы она сама – и её мать осталась бы дожидаться под дверью.

– Ой... Прости...

Шаги удаляются. С грустью усмехаюсь:

– Похоже, тебе пора бежать.

– Да, – её голос дрожит.

Немного смещаюсь в сторону, позволяя Полине дотянуться до дверной ручки. Бросив на меня затуманенный взгляд, девушка сбегает. А я встаю под холодный душ, чтобы хоть немного снять с себя это охренительное возбуждение. И стресс тоже.

За завтраком мой отец ведёт себя довольно настороженно. А его жена – непринуждённо. Нахваливая бабушкину стряпню, пытается выглядеть милой и приветливой. Несколько раз смотрит мне в глаза так, словно хочет извиниться. Ну или у меня мозг воспалился от видочка принцессы, и я всё себе придумал.

Полина уже переоделась, собираясь ехать на репетицию. На ней офигенный комбинезон, обтягивающий её, как вторая кожа. И он, кстати, кожаный. А на бёдрах вставки из змеиной кожи. Молния спереди поднята не до конца, открывая весьма соблазнительный вид. Мой взгляд так и норовит упасть в эту манящую расщелину.

Боже!.. Что ж ты со мной делаешь, детка?

Кажется, отец замечает мой похотливый взгляд, потому что в какой-то момент мне прилетает пинок под столом. Прямо в малоберцовую кость.

Ауч!

Напарываюсь на его свирепый взгляд.

Так и хочется возмущённо бросить: «А чё такого?» Я что, даже смотреть на неё не могу по вашим дебильным правилам?

Закончив с завтраком, первым ухожу из кухни. Жанна за каким-то бесом идёт за мной.

– Максим, – настигает в гостиной. – Я хотела бы извиниться.

– Отец просил Вас это сделать?

– И да, и нет. Конечно, он говорил об этом... Но я и сама хочу. За столом я была груба. Извини.

Ох, это не все твои косяки дамочка…