Я поспешил вернуться на нормальное зрение, чтобы удостовериться, что не ошибся, и с облегчением выдохнул.

Лэн Даорн! Значит, он все-таки приехал!

А когда наставник едва заметно мне кивнул, приветствуя и одновременно поздравляя с победой, я повернулся и с чувством отсалютовал человеку, который, несмотря на все свои трудности, не пожалел времени и сил на перелет через полстраны. Просто ради того, чтобы выполнить данное мне когда-то обещание.

Стадион мы покинули уже ближе к вечеру, благополучно пережив и церемонию награждения, и многочисленные поздравления, и неожиданно теплые слова от руководства, на которые расщедрился не только начальник академии, но и наш куратор, лэн Кайра Остэн.

— Рисковый вы юноша, лэн Гурто, — тихонько бросил он, улучив момент. — На ваше счастье, сегодня все закончилось хорошо, но впредь я все же посоветовал бы вам соблюдать осторожность.

— Риск — благородное дело, лэн, — так же тихо ответил я. — Но я честно постараюсь последовать вашему совету.

Лэн Остэн только усмехнулся, кажется, не поверив мне ни на грош. А затем отошел в сторону и больше ничем не омрачил этот торжественный день.

Кстати, в качестве награды за победу в турнире академия и лично лэн Усхэ сделал всем участникам и зрителям необычный, но приятный сюрприз: тем же вечером в просторном академическом парке был устроен грандиозный фуршет, на котором мог побывать любой желающий.

Там же, пользуясь случаем, к нам подошел брат Нолэна — Лорэйн, и со смешком признался, что впервые видел, как на магическом турнире кто-то умудрился занять призовое место, не имея при этом возможности в полной мере пользоваться магией.

Он, кстати, нормальным парнем оказался, веселым, открытым, чем-то похожим на Нолэна и особенно на их общего отца. Так что и он, и его супруга прекрасно вписались в нашу разношерстную компанию, и мы отлично провели время, пока родители, более старшее поколение в лице лэнны Эмилии и, конечно же, лэн Даорн вели степенные разговоры чуть поодаль.

Причем, насколько я видел, наставник вполне уверенно чувствовал себя среди представителей древних аристократических семейств и даже с лэном Арином Босхо успел завязать недолгую беседу. Похоже, не ко всем Босхо он испытывал стойкую неприязнь. Да и отец Ании, как и в случае со мной, ничем не показал, что знает о непростых отношениях лэна директора и своего тана.

Он, к слову, не обошел своим вниманием и меня, поскольку счел своим долгом подойти и сдержанно поблагодарить за помощь, которую я оказал его единственной дочери. А еще совершенно официально пригласил навестить столичную резиденцию рода, и мне пришлось пообещать, что однажды… когда-нибудь в необозримом будущем… я воспользуюсь этим любезным приглашением.

Естественным дополнением этого вечера стал небольшой концерт в исполнении участников клуба любителей музыки, а закончился он и вовсе грандиозным салютом, так что можно было сказать, что последний день турнира во всех смыслах удался.

Одна только Ания осталась недовольна, потому что большую часть торжественных мероприятий была вынуждена пропустить и все это время проторчать в лазарете, под наблюдением целителей. Но уже на следующий день и она получила, так сказать, свою порцию славы. Просто потому, что на протяжении всей следующей недели за нами так и тянулся шлейф недавней победы, так что нас кто только по этому поводу не вспоминал. Преподаватели, студенты, особенно однокурсники… все считали своим долгом при встрече что-то сказать или сделать, щедро похвалить или же пространно поделиться впечатлениями от турнира. Но если поначалу это казалось еще забавным, то уже день на третий даже Ания сказала, что это чересчур и что такого внимания к себе она больше не хочет.

Про свой дар она, как и обещала, честно все рассказала. Парни, конечно, были в шоке и, едва узнав, кем она являлась, резко озаботились на предмет того, как себя вести, чтобы не доставлять ей лишних неудобств. Народ, как я и предсказывал, достаточно близко к сердцу воспринял новость, что весь прошедший год каждая наша эмоция так или иначе доставляла Ании беспокойство. Но Босхо на это лишь рассмеялась и заявила, что теперь, когда ее контракт исполнен, у нее больше нет запрета на использование ментальной защиты. Так что бесить ее мы, даже если где-то и оплошаем, будем уже не так сильно, как раньше.

Мы тогда еще поспорили по поводу того, что на турнире она сделала большую глупость, выйдя против Хатхэ без ментального щита. Она поначалу упиралась. Повторяла, что без этого ей было бы не взять еще один уровень. И раз уж ей так и так пришлось бы потерять дар, то почему было не рискнуть?

Я на это возразил, что в первом случае дар потеряла бы только она. Да и то, лишь в том случае, если бы не успела выполнить контракт, до окончания которого, к слову, еще было немного времени. Тогда как во втором случае Босхо рисковала не только собой, но и нами. И вот после этого до нее наконец-то дошло, насколько это серьезно, и о каких именно последствиях я вел речь, когда говорил о команде.

— Простите, — повинилась наша королева, когда я доступным языком объяснил весь расклад. — Обещаю больше глупостей не совершать.

А ровно через неделю на большом академическом стадионе начался турнир по одиночным магическим поединкам, и народ переключил внимание с нас на другое интересное зрелище. После этого ажиотаж по нашему поводу быстро стих, у студентов и преподавателей появились новые фавориты, и мы наконец-то вздохнули свободно.

Единственные, кто еще продолжал нас доставать, это сумасшедшие девицы из клуба любителей йорков. Вот честно… дурные бабы. Им бы успокоиться, забыть, отлипнуть, раз уж и я, и остальные «Дайны» наотрез отказались вступать в их ряды.