Через шесть часов после распоряжения Бронислава Мобильная Крепость завела двигатели и тронулась с места, оставляя за кормой обезлюдевшую заставу. К этому моменту завершилась заправка конвертоплана, на котором мы планировали оперативно добраться до Форта Джексона. Бронислав на некоторое время засел в радиорубке и навёл справки по текущему графику доставок. В Джексоне мы могли бы застрять надолго, если бы не прибытие Крепости «Селенга» в Скифию — один из укреплённых посёлков у рубежей Фронтира. Та самая экспедиция, в которую я мог записаться, не случись повестки из духовной семинарии.

Чтобы попасть из Джексона в Скифию нам требовалась дозаправка.

И да, никто не горел желанием делиться с карателями драгоценным топливом, но Бронислав сказал своё веское слово, и претензии заглохли.

В Пустоши на счету каждый патрон, каждая капля бензина или керосина. Каждая консервная банка, каждая ампула с антибиотиком. Но всем известно, что будет, если откажешь представителю Супремы. С нами так и вовсе никто не хотел связываться — у Бронислава весьма неоднозначная репутация.

Попрощавшись с Хелен, я собрал скудные пожитки и упаковал всю эту историю в баул. Вжух тоскливо водил носом, когда мы проходили мимо камбуза…

Взлетели прямо с движущейся Крепости.

Я до самого конца ожидал подвоха. Атакующих морозных птерхов, электрических ящероподов или ещё какой воздушной мерзости. Но Живой Хаос никак себя не обнаружил.

Конвертоплан развернул пилоны и, набрав высоту, устремился к горизонту.

— Что, дружок, — я погладил полиморфа за ухом, — Закончилась халявка?

Кок «Феникса» подпал под очарование моего питомца и постоянно снабжал его тунцом. А ещё — соевым соусом и горчицей.

Запустив разум в дальние дали, я добрый час нарезал круги, выискивая потенциальных противников. Изредка мне попадались хищные птицы, которые охотились на мелкое полевое зверьё. В нашу сторону эти существа даже не смотрели. Степь выглядела исключительно мирной и дружелюбной.

Успокоившись, я расстегнул баул, достал учебник по криптоистории и погрузился в эпохи, от которых не осталось ничего, кроме брошенных колоний Предтеч и чудом сохранившихся артефактов.

Буквы расплывались перед глазами.

Клонило в сон.

— Дина сказала, что посидит на радаре, — донёсся сзади голос Валерия. — Успокойся уже и поспи нормально.

Совет показался мне дельным.

Положив книжку на откидной столик, я молниеносно вырубился.

Ну, для окружающих всё именно так и выглядело. Я же воспользовался краткосрочной передышкой, чтобы выполнить давний замысел.

Есть одна ментальная техника, позволяющая соприкоснуться душой с человеком, который в данный момент спит или медитирует. Не важно, в каком ты мире. Главное, чтобы человек хорошо тебя знал и тоже был сильным волшебником. Это не морфистика, как вы бы могли подумать. Морфисты умеют влезать в чужие сны без ограничений, мне такие фокусы пока недоступны.

Для чистого разума, не скованного телесной оболочкой, особых ограничений нет. Можно странствовать между мирами, заглядывать в Разломы и даже пробираться в параллельные вселенные. Но есть нюанс. Проблемы с навигацией. Вы должны знать, куда перемещаетесь, а для этого нужно отыскать «маяк». Путеводную звезду, если угодно.

Сейчас на Земле, в восточном полушарии, была ночь.

А суточные циклы в двух мирах совпадали.

Я настроился на эманации старого друга и наставника, одного из величайших волшебников всех времён — Лориана Торна. Собственно, никто не знает, человек ли он. Говорят, под этим именем шифруется один из забытых богов. Сам Лориан помалкивал о своём происхождении, улыбался в бороду и переводил разговоры на другие темы. Мне ясно лишь одно: если кто и знает больше моего о Живом Хаосе, это будет патриарх Академии Таска.

Эфир начал впитываться в мои оболочки, проникать в астральное тело, сочиться по каналам и обострять восприятие. Пустошь, Разломы, все версии Земли отступили…

А потом я осознал себя в неизвестном месте.

Деревянный корабль со светящимися перепончатыми крыльями плыл над туманной рекой и джунглями, лениво поскрипывая снастями. На полубаке стоял крепкого вида старик в кожаных доспехах. Без оружия. С развевающимися на ветру седыми волосами и бородой, перехваченной тремя медными кольцами.

— Я думал, ты мёртв, Гримаун.

Голос старика звучал прямо у меня в голове.

В реальности этот воздушный корабль если и существовал, то совсем в другом измерении. Всё, что мы видели, снилось Торну.

Я бы и раньше с ним связался, но…

Техника «путеводная нить» открылась мне лишь после выращивания пятой оболочки.

— В некотором роде, так и есть, — хмыкнул я. И осознал себя стоящим на этом же полубаке. — Я в теле другого человека. В чужой вселенной.

— Тебя всегда было непросто убить.