Я моментально посмотрел в окно справа и увидел там того самого старика, который заставил меня извиняться перед розовым фламинго за то, что я шумел.

– Что? – Спрашиваю, не понимая о чём он.

– Я говорю, болван ты глухой, потерял кого-то?

– Да потерял?

– Девку небось потерял?

– Да, девушку.

– Ну и шиш с ней, потерял и потерял. Если твоя, то рано или поздно сама найдётся. Ты зачем себе морду раскрасил? Совсем больной что ли?

– Дед, отстань, а… Иди по своим делам.

– Какие дела, молодой? Здесь у меня дел никаких нет. Здесь я проездом.

– Ну вот отправляйся туда, где дела есть.

– А туда, где они есть, я уже не попаду.

– Это ещё почему?

– Спроси у этих своих… По той же причине, по которой отсюда не могут улететь розовые птицы эти… Фламинго, во.

Я посмотрел на него ещё раз, не понимая о чём он толкует, а тот медленно побрёл куда-то в сторону окраины.

Снега падало столько, что передо мной стояла буквально белая стена за лобовым стеклом. Первые сугробы образовывались прямо на глазах, если термометр в машине не врал, то температура стремительно падала. Я лишь иногда открывал глаза, оглядывался по сторонам, затем снова закрывал, закидывая голову на подголовник. Надежда, что я увижу другой пейзаж или проснусь в другом месте не исчезала до конца, пока не начало светать. Как ни странно, вспышки в небе прекратились незадолго до рассвета. Пара истребителей-перехватчиков пролетели над городом извещая всех о своём присутствии оглушительным рёвом турбин.

Я вытащил пистолет из-за пазухи и засунул ствол себе в рот. Долгое время держал руку на спусковом крючке, едва надавил на него, но до конца нажать так и не решился. Вытащил, бросил железяку на пассажирское сиденье, та отпружинила от велюрового сиденья и завалилас куда-то между дверью и креслом.

Всё это время машина стояла заведённая, бензина оставалось мало, может быть километров на двадцать, не больше. Я схватился за руль, развернул авто, и медленно поехал домой. Силы меня окончательно покинули, поэтому доехал я уже в состоянии овоща, не помню, как поднялся, закрыл ли я машину и достал ли завалившийся пистолет. Помню только как Ксюша открыла дверь едва услышав мой стук, её сдавленный крик, туман, темнота, забытье…

Часть пятая: Точка входа

– Чёрный стриж контроль, здравствуйте, Соболь 0577 на стоянке семнадцать, проверка связи.

– Соболь 0577, контроль, добрый день, принимаю вас на пять из пяти.

– Пять из пяти, Соболь 0577.

Последовала небольшая пауза.

– Соболь 0577, разрешите вылет, согласно плана в Гордейск, эшелон десять тысяч метров.

– Соболь 0577, вылет, согласно плана в Гордейск разрешаю, эшелон десять тысяч метров подписываю, в работе взлётно-посадочная полоса тринадцать правая, рассчитывайте схему выхода Картино четырнадцать Виски, транспондер пятнадцать семьдесят пять, первоначальный набор, пятьдесят, после взлета на частоту сто двадцать семь, пятьсот.

– Соболь 0577, вылет согласно плану разрешили, эшелон десять тысяч метров, подтвердили, рабочая полоса тринадцать правая, транспондер пятнадцать семьдесят пять, после взлета на эшелон пятьдесят, после чего переход на частоту сто двадцать семь, пятьсот.

После ещё нескольких итераций и запросов, самолёт выехал на полосу, а через пятнадцать минут уже оказался в воздухе.

– Соболь 0577, выходите из моей зоны ответственности, далее работайте на частоте сто двадцать два, восемьсот.

Капитан воздушного судна поблагодарил диспетчера.

– Не успел пообедать даже. Ну хоть погода отличная.

– Я тоже. – Вторил первый помощник.

– Ещё и мой любимый день в столовой. Там как раз должны были подавать котлету по-киевски с солёным огурчиком. А первое – кислые щи. Обожаю.

– Не трави душу, опять придётся давиться холодными харчами прямо на борту.

– Ты когда своей предложение то планируешь делать?

– Выбирал кольцо на днях, те, что дорогие – некрасивые, те, что красивые – дешёвые.

– Ну дык бери дешёвое и красивое, все в плюсе.

Первый помощник ухмыльнулся.

– Ты забыл мою цацу? Она сразу чек смотрит, ей нужно, чтобы на неё выделялось не менее шестидесяти процентов семейного бюджета.

– И как ты только с такой живёшь, баба патроны должна подавать, а не забирать.

Первый помощник махнул рукой и не стал отвечать.

– Но баба она у тебя эффектная, спору нет.

– Ага, ты бы мог ради приличия челюсть свою попридержать тогда на дне рождения.

– Я не про то, про рыбалку.

– Она разве приезжала?

– Ты забыл? На второй день.

– Точно, так она же даже не красилась, приехала как есть, натянула на себя только свой костюм дурацкий голубой.

– Естественная красота, самое ценное.

– Да, господь наградил.

– Оттого и требовательная. Такая краля себя любит и цену себе знает. Ты конечно серьёзно попал.

Первый помощник посмотрел в окно, игнорируя капитанские тирады про его будущую жену.

– Поэтому надо срочно кольцевать и ребёнка делать. Там уже и успокоится, переключится со своей «ненаглядности» на мелкого. Или мелких. Я так и сделал, трёх месяцев не прошло, а моя уже с предложением в кармане. Поначалу даже не соглашалась, боялась. Думала, что вляпалась в какую-то историю. Но потом её все вразумили, я с её родителями переговорил, отцу её сообщил о серьёзности своих намерений. – Капитан прокашлялся. – Думаешь ребёнка не сразу делали? Я ей мелкого заделал уже через полтора месяца. Потому что, Илюш, не надо расслабляться. Куй железо пока горячо, как говорится.